Jump to content
Chanda

Царство Флоры

Recommended Posts

НЕПЕНТЕС

(из книги В. Александровой «Растения-хищники»)

УДИВИТЕЛЬНЫЕ КУВШИНЫ

 

В тропических лесах никогда не бывает зимы. Там жарко круглый год. Солнце в полдень высоко стоит над головой, и горячим зноем пышут его лучи.

Есть в тропиках места, где выпадает очень мало дождей. Это пустыни. Но в пустынях не встречается растений-хищников, поэтому в пустыни мы заезжать не будем.

Есть в тропиках также и такие места, где, напротив, идёт очень много дождей. Их выпадает так много, что, если бы вода не испарялась и не стекала бы никуда, она накапливалась бы каждый год сплошным слоем до 10 – 12 метров глубиной. Такой слой закроет не только самого высокого человека, но и двухэтажные дома. Но часть воды стекает в реки и озёра, часть испаряют лучи солнца, а немалую часть выпивают растения, потому что там, где так много тепла и много воды, растёт самая пышная растительность, какая только есть на земле. Эти места покрыты высокими, густыми, непролазными «дождевыми» тропическими лесами.

В них всегда стоит полумрак. Воздух тёплый и влажный, как в теплице.

Растительность в этих лесах такая разнообразная, что не увидишь рядом двух одинаковых растений.

«Глаз утомляется, бессильный разобраться в этом беспорядке.

Всё это многообразие растительных форм сливается в сплошную темно﷓зелёную массу листвы, вдали принимающую черно﷓синий цвет, а вблизи отражающую блики солнца так, что больно смотреть и невозможно фотографировать…

Тропический лес стоит круглый год не изменяясь, и листья кожистые, большие остаются зелёными в течение пяти лет.

Невольно в этом далёком лесу вспоминаются наши сквозные леса, с просвечивающим между нежно шелестящими ветками голубым небом; с весёлыми солнечными полянками…

Вполне понимаешь русских путешественников, которые в роскошных тропических лесах грустят, вспоминая родные берёзки и весёлое пение птиц в наших лесах.

В тропическом же лесу хотя и раздаются голоса птиц, но эти голоса резкие и хриплые.

Неприятны и грубы стоны ленивца и рёв обезьян. Особенно жутки эти голоса в тишине и темноте ночи.

Ночь в тропиках спускается быстро, в 6 часов, и продолжается двенадцать часов.

В наших лесах стоит почти ничем не нарушаемая тишина в течение всей ночи.

В тропическом лесу, наоборот, перед наступлением ночи с криком возвращаются с прогулок попугаи и обезьяны, и долго звучат цикады, стонут саламандры, квакают гигантские лягушки, воют филины и вздыхают ещё какие﷓то звери.

К середине ночи, когда наступает тишина, вдруг раздаётся сдавленный вопль жертвы ягуара. И тогда по всему лесу проносятся крики испуганных зверей и птиц. Долго кричат в темноте проснувшиеся голосистые обезьянки, жалостно стонет ревун. До самого рассвета не может успокоиться напуганное население тропического леса.

Страшно и неприветливо в этом чужом лесу».

Так пишет про тропический лес писатель Н. М. Верзилин в своей книжке «Путешествие с домашними растениями».

В дождевых тропических лесах встречаются и растения-хищники.

Самые интересные из них растут на больших островах Индийского океана. Особенно много их на острове Калимантан (Борнео).

Это – непентесы, растения с живыми кувшинами.

Пробираясь в густой чаще сырого тропического леса, мы с вами увидим удивительную картину: по низко спускающимся ветвям дерева вьётся растение, цепляясь за него, как горох у нас на огороде цепляется за свои подпорки. Но растение это куда крупнее гороха, оно взбирается вверх на десятки метров, поднимаясь иногда на высоту пятнадцатиэтажного дома.

Листья у него большие, широкие, а на концах толстых – уже не усиков, а усов! – висят причудливые кувшины необычайной красоты. По своей яркой – то огненно-красной, то матово-белой, то зелёной с пурпурными пятнами – окраске они напоминают гигантские цветы. Недаром местные жители называют эти кувшины «бунга-бунга», что означает «цветы». Величина из доходит до полуметра в высоту и до двенадцати сантиметров в ширину. А над каждым кувшином, как бы прикрывая его, виднеется кончик листа в виде очаровательной крышечки или зонтика, разрисованного розовыми и синими жилками.

Эти великолепные живые кувшины – не что иное, как хитро устроенные ловушки для насекомых.

Насекомые стремятся к ярким и красивым цветам. Там они находят дружелюбный приём: сладкий мёд и пыльцу. Летят они и к кувшинам непентесов, принимая их за цветы. От этих привлекательных ловушек доносится заманчивый запах мёда. Садится насекомое на край кувшина, - и правда, красиво разукрашенная крышка – сладкая от мёда. Верхний край кувшина, загнутый внутрь, покрытый красивыми складочками и разрисованный в розовый или тёмно-лиловый цвет, тоже весь в меду.

Лакомится насекомое мёдом, ползёт по сладкому краю, а внутренность кувшина, словно хорошо натёртый паркет, покрыта голубоватым восковым налётом, настолько гладким и скользким, что удержаться на нём невозможно. Стоит насекомому ступить на этот паркет – и оно летит вниз. И спасения ему нет.

Кувшин до половины наполнен жидкостью, которая содержит пищеварительный сок. Сок этот очень быстро растворяет насекомых. Уже через 6 – 8 часов добыча растворена, всосана стенками живого кувшина и переварена.

А если какое-нибудь сильное насекомое всё-таки будет пытаться выбраться из ловушки, у края его подстерегает ещё одна уловка: острые шипы, направленные внутрь кувшина. На них накалывается несчастная жертва и, потеряв последние силы, проваливается на дно.

Непентесы ловят много насекомых и других мелких животных. Их накапливается иногда чуть не до половины кувшина.

Есть, однако, и такие насекомые, которые не боятся ловушек непентесов и всю свою жизнь проводят в кувшинах. Здесь они откладывают яички. Личинки, вышедшие из яичек, преспокойно плавают в жидкости, наполняющей кувшин. Они питаются разлагающимися остатками погибших в кувшинах животных.

Рассказывают, что птицы и некоторые зверьки воруют у непентесов их добычу: выклёвывают и вытаскивают из кувшинов пойманных ими насекомых.

Так, небольшой зверёк из породы долгопятов – полуобезьян – поедает насекомых из кувшинов непентеса. Этот зверёк называется маки-домовой. (Его ещё называют долгопят-привидение.) Вот тебе и ловцы обезьян!

В висячие кувшины попадают только летающие насекомые.

Но у некоторых видов непентесов, кроме висячих, есть ещё кувшины, расположенные на земле.

Иногда кувшины даже погружены в землю и наружу зияют только их отверстия. Настоящие «ловчие ямы» для ползающих по земле насекомых.

Есть ещё и другие насекомоядные растения, но рассказывать обо всех них было бы слишком долго: ведь на всём земном шаре насчитывается свыше пятисот видов насекомоядных цветковых растений. А ещё существуют хищные грибы. У некоторых из них грибные нити (гифы) липкие, и к ним прилипают мелкие черви. Тогда нити гриба их опутывают, прорастают сквозь них, растворяют тела своих жертв и всасывают в себя.

 

1955

P1000170(1).thumb.JPG.7bb498d8c403bf7ef60182e318661dfd.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

ЯБЛОНЯ ДИКАЯ

В. Артамонов.

 

Загадочны, оригинальны названия речушек, протекающих по исконно русской Владимирской земле: Колокша, Пекша, Селекша, Гза, Сега, Нерль... Не менее удивительны наименования некоторых лесных массивов. В пяти километрах от древнего Юрьева-Польского расположилась роща Емшаниха, воскрешающая в памяти старинную поэтическую легенду, которой Аполлон Майков посвятил стихотворение «Емшан» (это тюркское слово означает «полынь»):

 

Степной травы пучок сухой,

Он в сухой благоухает!

И разом степи надо мной

Все обаянье воскрешает...

 

Не правда ли, странное название носит небольшая роща, раскинувшаяся в центре России, вдали от степных просторов? Впрочем, в детстве нас подобные вопросы не мучили, и каждый август мы отправлялись пешком или на велосипедах в Емшаниху за грибами, орехами. Помнится, в один из таких походов мы вышли к поляне, посреди которой возвышалось небольшое дерево с широко раскинувшейся кроной, все усыпанное мелкими зеленовато-желтыми яблочками. Видать, деревцу невмоготу было держать обильный урожай: множество плодов диаметром 2-3 сантиметра свалилось на землю. А недалеко от яблони, гордо вскинув горбоносую голову с большущими рогами, стоял сохатый. При виде его мы поначалу струхнули и остановились за деревьями, окружающими поляну, пристально наблюдая за красавцем. Он также внимательно смотрел на нас и лишь спустя несколько минут величественно удалился.

Горячо обсуждая нечаянную встречу, мы приблизились к яблоне, чтобы отведать ее плодов, но тотчас же выплюнули их - про такую кислятину в народе метко говорят: вырви глаз! Уже потом мы узнали, что плоды эти употребляются в сушеном и печеном виде, из них готовят квас и варенье.

Это была яблоня лесная, или дикая. Встретить ее можно нередко в наших лесах: самые северные места ее произрастания приурочены к Карельскому перешейку, Вологодской и Пермской областям, значительны естественные насаждения этого вида в пределах Воронежской и Курской областей.

Яблоня лесная неприхотлива: растет на различных почвах, устойчива к морозам, однако для ее нормального развития необходимы хорошее освещение и достаточная влажность - засуху она не выдерживает.

Ветви у нее неровные, голые и лишь в раннем возрасте слабо опушены. Листья почти округлой, яйцевидной или эллиптической формы. Цветки собраны в соцветия и раскрываются одновременно с листьями. Лепестки розовые, округло-яйцевидные. Растение перекрестноопыляемое. В средней полосе одно дерево дает плодов массой до 50 килограммов, а числом - до трех тысяч!

Многие исследователи считают, что наши отечественные сорта - антоновка, анис, коричное, грушовка московская, боровинка и др. - несут в себе «кровь» дикой лесной яблони. Зимостойкие формы ее и сейчас используются в качестве подвоя, особенно для антоновки и всех производных от нее сортов.

Род яблоня насчитывает до 50 видов, среди которых преобладают дикорастущие. Южнее лесостепной зоны - на Украине, в бассейне Дона, в Среднем и Нижнем Поволжье растет яблоня ранняя, или изгородная. Это относительно теплолюбивое и засухоустойчивое растение. Оно успешно размножается корневой порослью и благодаря этой особенности широко используется для создания изгородей.

На Кавказе и в Крыму преимущественно распространена яблоня восточная, или кавказская. Это дерево высотой 10-12, а иногда даже до 20 метров, дающее округлые мелкие зеленовато-желтые, иногда с румянцем на солнечной стороне плоды. Мякоть их белая, ароматная, плотная, зимнего созревания. Предполагают, что кавказская яблоня явилась родоначальницей многих старинных культурных сортов, возникших на Северном Кавказе и в Закавказье.

В Средней Азии и Казахстане произрастают яблони туркменов, гиссарская, киргизов, Сиверса, Недзвецкого. Яблоня Сиверса, или алма-атинская, образует дикие заросли около Алма-Аты, в предгорьях Заилийского Алатау. На Памиро-Алае и Тянь-Шане на высоте 500- 1900 метров образовались целые леса и рощи из яблони Сиверса. Мощные ее деревья достигают в высоту 14 метров при окружности ствола до 360 сантиметров. По качеству плодов яблоня Сиверса очень близка к культурным формам. Она послужила основой для создания многих среднеазиатских сортов. В Киргизии и Таджикистане ее плоды используются не только для приготовления компотов, джемов и варенья, но и в свежем виде. Вес отдельных яблок превышает 100 граммов, а диаметр доходит до 6 сантиметров. Их окраска чрезвычайно разнообразная: зеленая, желтая, красная, иногда полосатая, а порой плоды как бы подрумянены с одного бока. Яблоня Сиверса служит прекрасным подвоем для ценных среднеазиатских сортов, она вступает в плодоношение на 3-4 году жизни, а после 10 лет каждое дерево дает до трех центнеров сочных кисло-сладких плодов.

Яблоня Недзвецкого считается одной из самых декоративных. У нее плоды шаровидные, фиолетово-пурпурные, с розоватой мякотью, покрытые сизым восковым налетом; цветки крупные, ярко-красные, да и листья не совсем обычные - с красноватым оттенком. Этот вид широко культивируется на юге Казахстана. Его можно видеть во многих ботанических садах. А вот в природе численность яблони Недзвецкого сокращается, и она занесена в Красные книги СССР и Казахской ССР. Естественные ее насаждения охраняются в заповеднике Аксу-Джабаглы и заказнике Бер-кара.

В нелегких климатических условиях Забайкалья и Прибайкалья (по притокам Ангары) встречается очень интересная яблоня сибирская, или Палласа. Это невысокое дерево или кустарник с плотной округлой кроной. Ее используют в селекции морозостойких сортов, пригодных для выращивания в Сибири. Плоды у этого растения мелкие, величиной с горошину или вишню, напоминающие ягоды, отчего яблоню сибирскую называют еще ягодной. Они кислые, терпкие или даже горьковатые. После первых заморозков яблочки становятся мягкими и полупрозрачными; они в течение всей зимы удерживаются на материнском растении. Яблоня сибирская отличается от своих сестер ранним цветением, крупными лепестками белого цвета, длинными тонкими плодоножками.

Яблоня - уроженка Старого Света. Вы не встретите дикую яблоню в Австралии или в Южной Америке. Хотя в Северной Америке она и произрастает, но плоды ее мелкие, невкусные, почти несъедобные, поэтому американские разновидности не могли явиться родоначальниками яблони домашней. Значительное видовое разнообразие дикорастущих яблонь сосредоточено на обширной площади, включающей Северный Кавказ, Закавказье, крупные горные системы Средней Азии. Именно эта область, согласно Н. И. Вавилову, явилась центром возникновения различных культурных форм яблони.

Яблони - прекрасные медоносы. Иван Бунин в стихотворении «Старая яблоня» писал:

 

Вся в снегу, кудрявом, благовонном,

Вся-то ты гудишь блаженным звоном

Пчел и ос, завистливых и злых...

 

Нектар яблони светло-желтый, довольно тягучий, очень сладкий на вкус, ведь концентрация сахара в нем составляет от 20 до 40 процентов в зависимости от вида и сорта. С одного гектара собирают от 15 до 49 килограммов меда. Кроме того, пчелы - самые надежные опылители яблонь. Когда их по каким-либо причинам случается мало, процент завязавшихся плодов бывает очень низким.

Древесина яблони плотная, крепкая, с красивым рисунком, легко режется и хорошо полируется. Она пригодна для токарного и столярного производства, изготовления мелких поделок.

Ряд видов яблони (сибирская, Недзвецкого и др.) выращивается в качестве декоративных растений в садах и парках, используется в полезащитном разведении. Декоративные яблони цветут пышнее плодовых. Цветки у них чаще всего темно-розовые или алые, а в период плодоношения их плоды (размером с ягоду черники, крупную вишню или крыжовник) сияют рубиновыми, алыми, оранжевыми, желтыми красками. Осенью, после опадения листвы, плоды-самоцветы долго еще красуются на деревьях.

Агрономическая наука, занимающаяся изучением плодовых и ягодных растений, называется помологией. Началом этой науки послужили работы русского ученого и писателя А. Т. Болотова, который в конце XVIII века написал первый в истории плодоводства 8-томный помологический труд «Изображения и описания различных пород яблок и груш, родящихся в Дворениновских, а отчасти и в других садах. Рисованы и описаны Андреем Болотовым в Дворенинове с 1797 по 1801 год».

Слово «помология» воскрешает в памяти прекрасный миф о римской богине древесных пород Помоне, всецело посвятившей себя любимым растениям: весной она прививала яблони, летом поливала поникшие от зноя деревья, осенью собирала плоды, а зимой обрезала, придавая кроне нужную форму. Эти заботы поглощали все ее время, даже о любви некогда было подумать.

Многие боги с завистью поглядывали на красивую трудолюбивую девушку, пытались покорить ее сердце, но безуспешно. Влюбился в нее без памяти и Вертумн - бог времен года и их различных даров. В Древнем Риме его рисовали в виде садовника с садовым ножом в руках и плодами. Так что не только красота девушки, но и общие интересы влекли Вертумна к Помоне. Зная, однако, о ее неприступности, он не посмел явиться перед ней в собственном обличье и поэтому объяснялся в любви, превратившись то в моряка, то в землепашца, а то даже... в старуху. Но каждый раз Помона проходила мимо, ни словом не отвечая на его пышные, красноречивые речи. И тогда, отчаявшись, Вертумн явился перед ней в собственном обличье и, едва взглянула на него Помона, как тотчас же всем сердцем полюбила. С тех пор они неразлучно трудились в яблоневых садах, заботливо пестуя прекрасные плоды, столь нужные людям.

P1020249.thumb.JPG.1752190568566f7075eed80197045061.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

ОДУВАНЧИК

Н. Георгиева.

Золотые россыпи на майском лугу

 

Одуванчики и особенно его белые пушистые шарики знакомы нам с детства. Кто не плел из этих ярких цветков венки, не делал цепочек из зеленых стебельков, кто, наконец, не сдувал пушистый шарик!

В 1964 году на территории нашей страны насчитывалось 203 вида одуванчиков, а в 1973-м сообщалось еще о 27 видах. В основном они мало отличаются друг от друга. Различия сводятся к форме корня и особенно к строению плодиков.

Все одуванчики - многолетники с толстым стержневым корнем и плотно прижатой к земле розеткой листьев. Листья зубчатые или перистораздельные, постепенно сужающиеся в длинные крылатые черешки. В соцветиях-корзинках - от 100 до 200 язычковых цветков. В каждом цветке всего один лепесток, свернутый у основания в виде трубочки.

Соцветия располагаются по одному на трубчатых цветоносах. Исключение - одуванчик горный, у которого цветоносы иногда ветвятся и даже имеют маленькие листочки.

У большинства одуванчиков цветки золотисто-желтой окраски. Однако в Сибири и на Дальнем Востоке встречается одуванчик белоцветковый, в Дагестане - пурпуровый, на Тянь-Шане - псевдорозовый и лиловый.

Во всех частях растения в специальных сосудах-млечниках содержится млечный сок. В состав сока входит 2-3% каучуковых веществ. До войны и некоторое время после нее в качестве каучуконосов разводили одуванчики двух видов - кок-сагыз и крым-сагыз. И неудивительно, корень кок-сагыза накапливает до 14% каучука (в сухом весе). Позже натуральный каучук был вытеснен синтетическим, а вместе с ним исчезли и посадки кок-сагыза.

В природных условиях семена одуванчика плохо прорастают среди густых трав, которые глушат его мелкие всходы. Если же семена попадают на чистую почву, они всходят практически полностью и быстро дают новые растения.

Вегетативное размножение одуванчиков в природе - редкость, а вот вмешательство людей пробуждает в растении эту способность. По данным исследований, одуванчики образуют новые растения из кусочков корня длиной более 0,5 см. Обычно из одного кусочка вырастает кустик с двумя розетками. В литературе отмечается, что подобных побегов может быть до пятидесяти.

И на семена одуванчик не скупится: на одной головке их 200, а общее количество с куста - около 7 тысяч. Это в среднем, но бывают и растения-гиганты. В одной книге о сорняках упоминается одуванчик с 69-ю цветками. Причем, чем позже разрезать одуванчик на части, тем лучше он укоренится. Если в начале мая отрастает только 5% обрезков корней, то в июне - 33%, а в июле и позже - уже все. Правда, разрезанный в сентябре одуванчик в этом сезоне отрасти не успевает, но превосходно зимует в почве и бурно отрастает весной.

Интересно, если весной лужайка полностью покрыта желтыми цветками, то в середине июня их найти уже трудно. Одуванчики линяют в буквальном смысле слова. Наземная часть их отмирает. Если в это время выкопать корень, можно обнаружить, что все питательные вещества из него ушли на цветение и плодоношение. Кожица сильно отслоилась и отпадает, из нее легко выдергиваются остатки корня.

В начале августа "спячка" кончается, и растения поспешно начинают заготавливать питательные вещества для нового цветения.

В сентябре содержание инулина в корнях одуванчика достигает максимума (до 40%), других сахаров (в основном фруктозы, немного сахарозы и глюкозы) - 18-25%. Для сравнения: в мае инулина только 2-3%. Большая часть питательных веществ ушла на образование цветочных почек и зачатков листьев - одуванчик цветет одним из первых. Это удается ему потому, что зимует растение в виде розетки листьев, бутоны закладываются еще осенью. Розетки сильно подсыхают, часть из них гибнет, остальные очень быстро восстанавливаются. В теплые годы одуванчики цветут вторично.

 

ОДУВАНЧИК НА ПЕРВОЕ, ВТОРОЕ, ТРЕТЬЕ

 

Молодые, едва распустившиеся листья одуванчика используются во Франции в качестве салата, там даже выведены его культурные сорта с более крупными и мягкими листьями.

Листья содержат 85,5% воды, до 5% азотистых веществ (в том числе и белков), 0,6-0,7% жира, немного клетчатки, соли марганца, железа, кальция, фосфора, витамины В2, А, С, Е, РР, горький гликозид тараксацерин. Горечь отталкивает от одуванчика многих "потребителей", хотя это скорее достоинство, чем недостаток. Полностью избавляться от горечи не стоит: именно ей одуванчик обязан своим лекарственным действием. Горечь улучшает аппетит и пищеварение, усиливает выделение желудочного сока, оказывает желчегонное действие. Если употреблять горькие одуванчики все-таки не хочется, существует несколько способов избавления от неприятного привкуса.

Наиболее трудоемкий, но зато дающий лучшие результаты - отбеливание. Достаточно накрыть отрастающую розетку растения чем-нибудь непроницаемым для света - доской, ящиком, черной пленкой, - и через несколько дней листья побелеют и сильно вытянутся. Такие отбеленные листья сохраняют хрупкость и упругость и более приятны в салате.

Два других способа менее трудоемки. Листья одуванчиков можно ошпарить кипятком, они перестанут быть горькими, но потемнеют и размякнут, а заодно и потеряют часть витаминов. Или: замочить листья в соленой воде, чем мельче их нарезать, тем быстрее исчезнет горечь. Обычно достаточно 20 минут, чтобы они стали чуть-чуть горьковатыми и по вкусу напоминали обычный салат.

Используются в кулинарии и бутоны одуванчиков. Свежие и еще плотные добавляют в салаты, супы, но чаще их маринуют в уксусе и используют в таком виде как каперсы.

После распускания цветков у одуванчиков собирают уже соцветия. Лепестки используют для окраски теста и других блюд вместо шафрана. Хотя для этих целей чаще сушат лепестки ноготков и бархатцев, но, бесспорно, одуванчик - самое доступное сырье. Из соцветий готовят напитки - начиная от сиропа и кончая вином. Собранные цветки засыпают вдвое большим по объему количеством сахара. Через 2-3 недели образуется горьковатая жидкость, обладающая сильным спазмолитическим и желчегонным действием. Чайная ложка такого сиропа в 1/4 стакана теплой воды снимает за 10-20 минут приступ печеночной колики. Больным желчно-каменной и почечно-каменной болезнью рекомендуется профилактический прием такого напитка несколько раз в день. Аналогично снимаются желудочные и кишечные колики.

При варке более густого сиропа получается одуванчиковый мед, или варенье из одуванчиков. Правильно приготовленное варенье мало отличается по вкусу от натурального меда. Такой "мед" улучшает обмен веществ.

В сентябре, после летней спячки, начинают выкапывать корни одуванчика. Корни можно жарить, как картошку. При нагревании горечь исчезает, корни становятся сладковатыми. Если выкопанные осенью свежие корни пережарить (без масла) до коричневого цвета, получится питательный заменитель кофе, обладающий желчегонным действием.

P1000716.thumb.JPG.f53757d7a544e06c57b143e5275940bb.JPG

P1020240.thumb.JPG.b93bb83ef0c232e3c63824038d9c10d8.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

КЛУБНИКА

Е. МЕХОВА.

КЛУБНИКА? НЕТ – ЗЕМЛЯНИКА

 

 

Зимним вечером приятно пить чай с клубничным вареньем. Его вкус и аромат напоминают о лете. Но знаете ли вы, что варят клубничное варенье чаще всего не из клубники? садоводы утверждают, что ягода, которую мы привыкли считать клубникой, на самом деле садовая земляника, а наши бабушки говорят, что всю жизнь называли её викторией, и с земляникой просят не путать.

 

У клубники, или земляники мускатной, в отличие от земляники садовой, светло-зелёные, сильно гофрированные листья. Цветоносы почти всегда выше листьев, цветки чаще всего однополые, то есть одни растения имеют только женские (пестичные) цветки, другие — только мужские (тычиночные) цветки. У большинства сортов земляники садовой цветки обоеполые (самоплодные). Ягоды у клубники значительно мельче ягод садовой земляники, но несколько крупнее, чем у лесной. Они сладкие, с сильным специфическим ароматом, плохо отделяются от цветоложа и могут быть красного, розового и даже фиолетового цвета.

 

Клубника и земляника — растения действительно разные. С этим вряд ли кто станет спорить. Но насколько привычные для нас названия соответствуют тому, что эти растения собой представляют?

 

И то и другое растение относится к роду Земляника семейства Розоцветные. Представителей этого рода, число видов которого достигает тридцати, можно встретить на всей территории Евразии и Америки.

 

Самая распространённая дикорастущая земляника — земляника лесная. Именно её мы привыкли собирать на опушках леса.

 

В садах и парках Европы в давние времена землянику лесную выращивали исключительно как декоративное или целебное растение, и только в XV—XVI веках её стали считать ягодной культурой, получившей название Fragaria, что в переводе с латинского означает «благоухающая». Но, несмотря на приятный вкус, земляника лесная не пользовалась особенно большой популярностью из-за мелкого размера ягод.

 

На том бы и остановилась история этого растения, если бы спустя два века не появился новый вид, тот самый, который выращивают в наших садах, называя клубникой. Это земляника садовая, или земляника ананасная. В природе она не существует, да и ботаники её специально не выводили — земляника садовая возникла сама собой при определённом стечении обстоятельств. Считается, что прародителями земляники садовой стали два вида — земляника виргинская и земляника чилийская, получившие своё название по месту, где они росли. Но как же такое могло произойти, если один вид растёт в Северной Америке, а другой — в Южной?

 

Как ни странно, но образование нового вида произошло во Франции. Первой из Америки в Европу была завезена земляника виргинская — крупное растение с нежными, ароматными, кисло-сладкими ягодами алого цвета. В начале XVII века её доставили из североамериканского штата Вирджиния. Кустики высадили в Версале. Созревшие ягоды оказались в полтора-два раза крупнее земляники лесной, но не так вкусны.

 

Земляника чилийская попала в Европу лишь спустя сто лет, уже в начале XVIII века. Французский офицер Амеде Фрезье, выполнявший военное задание в Чили, обратил внимание на необычный вид земляники, которую выращивали местные крестьяне. Растение отличалось мощными побегами, округлыми листьями и крупными ягодами, размером с орех или небольшое куриное яйцо. К сожалению, вкус ягод был хуже, чем у обычной лесной земляники. Возвращаясь на родину, Фрезье захватил с собой несколько растений, из которых к концу плавания выжили лишь пять.

 

Один из сохранившихся кустиков передали в Королевский ботанический сад в Париже, где его удалось размножить вегетативно. И уже оттуда несколько образцов земляники чилийской попали к французскому ботанику Антуану Дюшену, считавшемуся ведущим знатоком рода Fragaria во всей Европе. Кустики высадили в Версальском саду рядом с земляникой виргинской. Само собой произошло их случайное опыление, и образовался гибрид, который впоследствии назвали земляникой садовой.

 

Земляника садовая превосходила все известные виды земляники по размеру плодов, вкусу и неприхотливости. В Россию её завезли в конце XVIII века. Первым получил распространение крупноплодный английский сорт Виктория, названный в честь королевы Англии.

 

А что же тогда представляет собой клубника?

 

С точки зрения ботаники клубника — тоже вид земляники, но совершенно другой. Это — земляника мускатная, или мускусная, получившая своё название за специфический аромат. А клубникой её стали называть из-за формы ягод, напоминающей маленькие клубочки.

 

Земляника мускатная в диком виде растёт в южных районах России, на Украине, в Казахстане и Средней Азии. В природе — это двудомное растение: мужские и женские цветки расположены на разных кустиках, а ягоды образуются лишь на женских экземплярах.

 

Когда-то и в Европе и в России землянику мускатную выращивали специально и даже получили несколько сортов. Но с появлением земляники садовой земляника мускатная не выдержала конкуренции, и выращивать её перестали. А в 70-х годах ХХ века учёные скрестили землянику садовую и землянику мускатную и вывели гибрид, которому дали название "земклуника".

P1020437.thumb.JPG.ad24dfaaf2faf92f235b09cb0df3eab4.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

БОРЩЕВИК

С. СЕМИКОВ.

АХ, НЕ ТРОГАЙТЕ МЕНЯ: ОБОЖГУ И БЕЗ ОГНЯ!

 

Мы с приятелями спустились по длинному Ивановскому съезду к самой древней башне Нижегородского кремля - Ивановской. Около памятного камня в честь основания города свернули направо и пошли вдоль нижней полуразрушен ной стены в сторону одной из самых загадочных боевых башен - Белой, когда-то принимавшей на себя, судя по числу бойниц и боевых печур, максимальную огневую нагрузку.

Кремли всегда притягивают детей, хотя, конечно, не за это их раньше называли детинцами. Здесь чувствуется дух старины, приключений: настоящая крепость с башнями, мостом через ров и забытыми многокилометровыми подземными ходами.

Солнце жарило нещадно, но в малопосещаемом и полузабытом уголке кремля, находящемся в самой низине, веяло сыростью и прохладой. Из зеленого полумрака выступил враг - зеленокожий, толстый, разлапистый исполин, дико вонючий, источающий вместе с неприятным запахом неведомую опасность. Позади стеной стояло несметное число его сородичей , и все такие же высоченные (не ниже двух метров). Наше ополчение с булавами и клинками ринулось в бой, дабы очистить кремль от проклятой нечисти. Вот свалился первый, перерубленный пополам, потом второй, третий. Брызнул едкий сок. Усилился до умопомрачения отвратительный, тошнотворный запах.

Не в силах одолеть противника, превосходящего нас численностью в сотни раз, мы отступили. Я отер лезвие ножа от оставшегося на нем сока о левую руку, чтобы сталь не заржавела.

Возвращаясь по солнцепеку, мы вспоминали славную битву и надеялись в скором времени возвратиться в кремль, дабы завершить начатое. Но из всех нас на это гиблое место вернулся лишь я один, да и то семь лет спустя и к тому же поздней осенью, когда о зеленых великанах напоминали только белеющие скелеты. Но даже их я рассматривал с величайшей осторожностью, граничащей со страхом. Время не смогло изгладить неестественно темные шрамы, оставшиеся от того побоища, - три параллельные тигровые полосы поперек левой руки.

А случилось следующее. Вскоре после возвращения домой у всех участников сражения началось сильное жжение кожи на тех местах, куда попал сок. Кожа покраснела, вздулась мелкими пузырями, слившимися затем в гигантские (высотой в сантиметр и несколько сантиметров в поперечнике) волдыри, которые не заживали потом несколько недель. Наши враги проявили дьявольское коварство, сродни коварству кентавра Несса, который, будучи уже застрелен Гераклом, сумел спустя много лет отомстить ему, отравив героя своей кровью. По наущению умирающего Несса жена Геракла Деянира сохранила кровь кентавра и, не ведая, что творит, натерла ею хитон мужа. Надев отравленный хитон, герой погиб, сжигаемый адским пламенем.

Как вы, наверное, уже догадались, в моей истории речь шла о жгущемся растении. Дивясь его диковинному внешнему виду, неприятному, словно клоповому, запаху, полому и толстому (до пяти сантиметров и более в диаметре) стеблю, разлапистым крупным листьям, высоте, достигающей иногда трех метров, и плодовитости, мы с приятелями окрестили растение "кремлевским мутантом". Но в действительности это никакой не мутант, а травянистое растение семейства зонтичных - борщевик Сосновского. Латинское название рода - Heracleum, по имени Геракла, что, как предполагают, связано с большой скоростью роста борщевика и его богатырскими размерами. Селится борщевик преимущественно на хорошо освещаемых и влажных местах. Недаром он нашел пристанище внутри кремля, вблизи подземных источников, поивших защитников во время осады.

Среди представителей рода Heracleum есть и безопасные, съедобные виды, например борщевик сибирский. Существует даже старая поговорка: "Был бы борщевик да сныть, и без хлеба будешь сыт". Борщевик Сосновского в пищу не используют, но зато он идет на корм скоту в переработанном виде, как силос.

Те, кто испытал на себе действие сока борщевика, нескоро забывают полученный урок. Особенно часто страдают дети, не только не знающие страха перед незнакомым и дурно пахнущим растением, но и намеренно ищущие встречи с ним. Вступая в сражения с борщевиком, они получают ощущения куда более острые (в полном смысле этого слова), чем при битвах с такими излюбленными и знакомыми всем с детства объектами рубки, как крапива, лопухи и тем более одуванчики. Вероятно, и эпизод в фильме "Добро пожаловать!" возник не на пустом месте, а из известного опыта столкновений пионеров с борщевиком. Иногда дети принимают борщевик за относительно безобидный дудник (другое высокое растение из семейства зонтичных) и мастерят из его стеблей трубочки для стрельбы рябиной.

Как же у борщевика получается "обжечь без огня"? Фурокумарины, содержащиеся в борщевике и некоторых других растениях, действуют как фотосенсибилизаторы: поглощая солнечный свет, большую часть его энергии переводят не в безобидное тепло, а в химические реакции с образованием свободных радикалов. Чтобы получить ожог, достаточно даже непродолжительного и несильного облучения солнцем участка кожи, испачканного соком растения. Ровные темные полосы, оставшиеся на руке после приключения в кремле, суть не что иное, как следы прикосновения лезвия перочинного ножа с остатками сока растения. После восстановления кожа на местах ожогов надолго темнеет, поскольку фотосенсибилизаторы стимулируют образование в коже меланина.

Чтобы избежать контакта с борщевиком, надо своевременно распознать опасное растение и держаться от него подальше. Многолучевое соцветие "сложный зонтик" действительно напоминает перевернутый раскрытый зонтик и знакомо каждому хотя бы на примере укропа. Заметны издалека и высокие прямые коленчатые стебли борщевика. Легко узнаваемы огромные разлапистые листья, отдаленно напоминающие по форме звездчатые листья клена или листья петрушки, увеличенные в десятки раз.

Если вы все же нечаянно коснулись растения, то сразу промокните сок платком или салфеткой, не размазывая, и возможно быстрее закройте пораженное место от солнца несколькими слоями ткани - одеждой или повязкой. Затем, стараясь передвигаться преимущественно в тени, отправляйтесь домой, где вы спокойно и тщательно сможете отмыть пораженное место водой с мылом, а еще лучше спиртом. В данном случае своевременное отступление - наилучшая тактика, поскольку уменьшает продолжительность облучения солнцем. Ведь пораженные места поначалу не дают о себе знать, и первые симптомы могут появиться спустя несколько часов. Этим-то и опасны ожоги борщевика: к тому моменту, когда их замечаешь, уже слишком поздно что-либо предпринимать.

Заметим, что и Геракл, надев отравленный хитон, поначалу ничего не почувствовал. Жечь хитон, судя по легенде, начал лишь несколько часов спустя и опять же, как и при поражении соком борщевика, не сам по себе, а под воздействием света солнца и жертвенных костров. Недаром Деянира напутствовала гонца, передавая через него Гераклу одеяние: "Пусть даже луч солнца не коснется хитона, прежде чем Геракл не наденет его". И действительно, яд гидры, попавший в кровь Несса со стрелы Геракла, действовал, как повествует легенда, только на свету, заставляя на залитом солнцем дворе пылать и пузыриться даже камни, в то же время бездействуя в темноте.

Как знать, быть может, в основу мифа о втором подвиге Геракла (уничтожение Лернейской гидры) легла реальная история искоренения героем борщевика, наносившего ущерб людям и платановым рощам Лернеи? (Борщевик, как и всякое дикорастущее растение, считается сорняком, внешне чем-то напоминает гидру, если судить по ее мифическому описанию). А гибель героя произошла позже, от сока растения, попавшего на хитон. Не в память ли о втором подвиге Геракл украшал себя в особенно торжественные моменты более безобидным, по сравнению с борщевиком, зонтичным - петрушкой? Если Геракл или его сподвижники описывали свои подвиги с фантазией (как и автор этой статьи), то в таком происхождении мифа не было бы ничего удивительного. Давно уже замечено, что в основе многих известных мифов лежат реальные, пусть и несколько приукрашенные события.

img038.thumb.jpg.21234983ba61d6f97017d71a3d42d49d.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

ЛИЛИЯ

(Из книги Н. Ф. Золотницкого "Цветы в легендах и преданиях")

 

Эмблема непорочности,

цветок архангела Гавриила

и династии Бурбонов — ЛИЛИЯ

 

Празднества в Риме

Лилия — эмблема королевской власти

Царство лилий

Священные лилии

Лауенбургская лилия

Лилия с могилы

Поверье о кавказской лилии

 

 

«Лилия — самый благородный цветок

и самый блистательный,

поднявший без страха

свою величественную головку».

 

 

Белая чудная лилия — этот символ невинности и чистоты — имеет также в мифологии свою интересную легенду. Греки приписывали ей божественное происхождение; по их словам, она выросла из молока матери богов — Юноны.

Рассказывают, что фиванская царица красавица Алкмена, мать Геркулеса, боясь мести ревнивой Юноны, чтобы укрыть рожденного ею от Юпитера Геркулеса, положила его под густой кустарник; но Минерва, знавшая божественное происхождение малютки, нарочно повела Юнону к этому месту и показала ей бедного, покинутого своей матерью ребенка. Здоровый, прелестный мальчуган очень понравился Юноне, и как защитница и покровительница всех новорожденных она согласилась дать томившемуся от жажды малютке пососать своего молока. Но мальчик, почувствовав в ней инстинктивно своего врага, так сильно укусил ее, что она, вскрикнув от боли, грубо оттолкнула его. Молоко брызнуло и, разлившись по небу, образовало Млечный путь, а несколько капель его, упав на землю, превратилось в лилии. По этой-то причине цветы эти у греков носили также название и роз Юноны.

Другой вариант легенды гласит, будто бы Юпитер, желая сделать Геркулеса бессмертным, приказал Морфею приготовить для Юноны снотворный напиток, и когда, напившись его, богиня погрузилась в глубокий сон, то послал быстроногого Меркурия подложить ей под грудь маленького своего любимца. Здоровый, проголодавшийся мальчуган принялся сосать с жадностью, и из нескольких пролитых им на землю капель молока выросли те прелестные белые цветы, которые получили название лилий.

Но гораздо ранее, чем грекам, лилия была известна древним персам, у которых даже столица называлась Суза, т.е. город лилий. По этой же причине и в гербе ее как символ непорочной красоты красовалось несколько этих цветов.

Мы знаем далее, что и у древних иудеев цветок этот пользовался большой любовью и славой непорочности. По еврейским сказаниям, он рос в раю как раз во время искушения Евы диаволом и мог оскверниться им; но и среди искушения остался он так же чист, как был, и ничья грязная рука не осмелилась коснуться его. Вследствие этого евреи украшали им не только священные алтари свои, но нередко и чело своих венценосцев, как, например, царя Соломона. А великий тирский архитектор, строивший храм Соломона, придал изящную форму лилии чудным капителям громадных колонн этого храма и украсил изображениями лилии его стены и потолок, разделяя с евреями мнение, что цветок этот красой своей будет способствовать усилению молитвенного настроения среди молящихся в храме. По этой же причине, вероятно, Моисей приказал изображением лилии украшать седьмисвечник и придавать ее форму купели, где умывался первосвященник.

Существует также предание, что под лилией находилась колыбель Моисея, но, конечно, не под белой, а под желтой, которая обыкновенно растет среди тростников и камышей.

Лилия встречается и у египтян, у которых ее изображение то и дело попадается в иероглифах и обозначает то кратковременность жизни, то свободу и надежду. Кроме того, белыми лилиями, по-видимому, украшали тела умерших молодых египетских девушек; подобная лилия была найдена на груди мумии молодой египтянки, хранящейся теперь в Луврском музее в Париже. Из этого же цветка египтяне готовили знаменитое в древности благовонное масло — сузинон, о котором подробно говорится у Гиппократа в его трактате «О природе женщины».

Немалую роль играла лилия и у римлян, особенно в их цветочных празднествах, посвященных богине весны — Флоре.

Празднества эти происходили ежегодно в последних числах апреля и представляли собой игрища, где женщины при звуках труб и литавров состязались в борьбе и беге. Победительницы получали в награду венки из цветов, их засыпали, как это и ныне часто делается при чествовании победителей на играх, целым дождем цветов. При поднесении венков появлялась статуя самой богини, украшенная цветами и гирляндами и покрытая розовым покрывалом, которое она придерживала правой рукой; в левой же у нее находились горох и бобы, которые эдилы во время этих игр бросали горстями, как лакомства, римской черни. Празднества эти были основаны возлюбленной Помпея, Аккой Лауренцией, которую за необычайную красоту другой ее поклонник, Цицелий Метелл, причислил даже к сонму богинь, поставив ее изображение в храме Кастора и Поллукса.

Кроме статуи богини цветами на этих празднествах были убраны ложи, амфитеатр, арена и публика. И потому на убранство это требовалась такая масса цветов, что их даже искусственно выгоняли к этому времени в парниках и теплицах.

Среди украшавших эти празднества цветов главную роль играла роза, но белая лилия служила признаком изысканного вкуса. Это был цветок роскоши, изящества, цветок, которым постоянно старались блеснуть богатые патриции и патрицианки, убирая им как себя, так и свои ложи и даже колесницы. По этой же причине цветок этот считался у римлян символом надежды и изображение его помещалось даже на римских монетах как ожидание народом принятых благ от царя и сопровождалось словами «Надежда народа, надежда царя, надежда римлян».

Кроме того, греки и римляне смотрели на нее, как и мы, как на символ непорочности и потому увенчивали невесту и жениха венками из лилий и пшеничных колосьев в знак той чистой и полной изобилия жизни, которую им желают.

Лилия встречалась также и в древнегерманской мифологии, и бог грома Тор всегда изображался держащим молнию в правой руке, а скипетр, увенчанный лилией, в левой. Ею же украшалось чело древних обитателей Померании во время празднеств в честь богини весны, а благоухающий ее венчик служил в германском сказочном мире волшебным жезлом для Оберона и жилищем маленьких сказочных созданий — эльфов.

По этим сказаниям, каждая лилия имеет своего эльфа, который вместе с нею родится и вместе с нею умирает. Венчики этих цветов служат этим крошечным созданиям колокольчиками, и, качая их, они созывают на молитву своих благочестивых собратьев. Молитвенные эти собрания происходят обыкновенно в поздний вечерний час, когда в садах все успокоилось и погрузилось в глубокий сон. Тогда один из эльфов бежит к гибкому стеблю лилии и начинает его качать. Колокольчики лилий звонят и будят своим серебристым звоном сладко спящих эльфов. Крошечные существа просыпаются, вылезают из своих мягких постелек и молча с важностью отправляются в венчики лилий, которые служат им в то же время как бы молельнями. Здесь они преклоняют свои колена, складывают набожно ручки и благодарят в горячей молитве Создателя за ниспосланные им блага. Помолившись, они так же молча спешат назад в свои цветочные люлечки и вскоре опять засыпают глубоким, беспечным сном...

Но нигде лилия не имела такого исторического значения, как во Франции, где с ней связаны имена основателя французской монархии Хлодвига, королей Людовика VII, Филиппа III, Франциска I и целая легенда о появлении ее на знамени французских королей. Об этом появлении знаменитых трех золотых лилий старинные предания сообщают следующее.

Хлодвиг, будучи еще язычником, видя в сражении при Толбиаке, что аллеманы, с которыми он вел войну, берут верх над его воинами, воскликнул: «Христианский Бог, Бог, которому поклоняется моя жена Клотильда (дочь короля Хильпериха, христианка), помоги мне одержать победу, я верю в Тебя!» И тогда внезапно явился ему ангел Божий с ветвью лилий и сказал, чтобы отныне он сделал этот цветок своим оружием и завещал его своим потомкам. В ту же минуту солдат Хлодвига охватило необычайное мужество, с обновленными силами они устремились на врага и обратили его в бегство. В благодарность за это Хлодвиг в 496 году н.э. отправился в Реймс и со всеми своими франками, их женами и детьми принял святое крещение. И вот с этих-то пор лилия становится во Франции эмблемой королевской власти под сенью церкви.

Но полученная от ангела Хлодвигом лилия, по мнению многих ученых, была не белая, а огненно-красная. Это был, по их мнению, тот самый цветок, который рос в Восточной Фландрии, в речке Ли (Lys), вливающейся в Шельду, где произошла битва Хлодвига, после которой победоносные воины его, нарвав лилий, возвратились на родину с венками из этих цветов на голове. От названия этой же речки, вероятно, произошло и французское название цветка — (Ли, лис).

О красной этой лилии, скажем кстати, сложилось даже особое предание. Рассказывают, будто она превратилась из чисто-белой в ночь перед крестным страданием Спасителя.

Когда Спаситель, томимый тяжелой тоской, проходил в эту ночь по Гефсиманскому саду, то все цветы склоняли перед ним свои головки в знак сострадания и печали. Но лилия, в темноте своей несравненной белизной блестя, сказала себе в самосознании своей красоты: я настолько прекраснее всех моих остальных собратьев, что буду стоять прямо на своем стебле и пристально смотреть, когда Он пройдет мимо меня, чтобы Он мог хорошенько насладиться моей красотой и моим запахом.

И Спаситель действительно остановился на минуту, возможно даже, чтобы полюбоваться ею, но когда страдальческий взор Его при лунном свете упал на нее, то лилия, сравнив свою гордость с Его смирением и видя, как все остальные цветы преклонили в горе перед Ним свои головки, вдруг почувствовала такой упрек, такое угрызение совести, что румянец стыда разлился по всем ее лепесткам... Румянец этот так и остался на ней навсегда.

Вот, добавляет легенда, почему красные лилии никогда не стоят с поднятыми кверху головками и к ночи смыкают всегда свои лепестки.

Мнение, однако, что лилия Хлодвига была красная, в дальнейшем не подтверждается, так как королевские французские лилии, являющиеся эмблемой королей, были всегда белые.

Обращение Хлодвига в христианство произошло, как мы видели, еще в V веке, и с этих пор проходит много столетий, а о лилии во французских хрониках больше ничего не говорится. Единственным воспоминанием о ней за это время является лишь увенчанный этим цветком скипетр первых французских королей, хранящийся в Сен-Жермен-де-Пре, старейшей из церквей Парижа, построенной еще в ХП столетии.

В ХП же столетии избирает лилию своей эмблемой и Людовик VII, когда, отправляясь во второй крестовый поход как начальник отдельного отряда, по обычаю того времени, должен был избрать себе какой-нибудь девиз для помещения на знамени.

Он избирает ее, с одной стороны, потому, что название ее, произносившееся тогда Loys (Лои), имеет некоторое сходство с его именем — Louis (Луи), а с другой, в воспоминание о том, что король Хлодвиг с ее помощью одолел врагов христианства; он же идет тоже на борьбу с неверными. Кроме того, эти лилии должны были напоминать его воинам еще и геройский подвиг государя, который изгнал из их отечества римлян и был снователем французской монархии.

Таким образом, здесь в первый раз появляется то белое знамя с тремя золотыми лилиями, которое становится впоследствии эмблемой королевской власти и преданности папскому престолу.

Лилия встречается также в гербе Людовика IX Святого, но только вместе с маргариткой, которую он присоединил в память об его любимой жене Маргарите. Три лилии красовались также и на его знаменах во время предпринятых им крестовых походов и обозначали сострадание, правосудие и милосердие — три добродетели, которыми отличалось все царствование этого добрейшего из королей.

Форму лилии придавали также, как мы уже говорили, концу скипетра, и сама Франция называлась царством лилий, а французский король — королем лилий.

Про лилии говорили: «лилии не прядут», указывая тем, что на французском престоле не может быть женщина, а выражение «etre assis sur des lys» обозначало занимать высокую должность, так как лилиями были украшены не только все стены судилищ, но даже и все сиденья стульев.

Наследовавший Людовику XI Филипп III Смелый был первым из французских королей, печать которого состояла просто из трех лилий, а при Карле VII, жившем с 1422 до 1461 года, т.е. 200 лет спустя после Филиппа III Смелого, печать эта становится уже и государственным гербом. Этот же король, желая почтить память Жанны д'Арк, не находит ничего более высокого и благородного, как возвести ее родных в дворянское достоинство под фамилией du Lys (Лилиевых) и дать им герб, представляющий собой на синем поле меч с двумя лилиями по бокам и венком из лилий наверху.

При Людовике XII лилия становится главным украшением всех садов Франции и называется цветком Людовика, так как, по словам современников, ничто лучше этого чистого, безупречного цветка не могло передать чистоту нравов и души этого отца народа.

Немалую роль играла лилия еще и в изображении орденских знаков. Людовик XVIII, возвратясь на престол после стодневного царствования Наполеона I, учредил орден Белой лилии, состоявший из серебряной лилии, привешенной на белой шелковой ленте. Орден этот был роздан им в таком количестве, что сделался как бы эмблемой партии Бурбонов в противоположность приверженцам Наполеона, эмблемой которых служила фиалка.

Заметим кстати, что во времена республики 1793 года республиканское правление всячески старалось унизить эту эмблему королевской власти и даже приказало клеймить изображением лилии каторжников.

На военных же знаменах знак лилий был заменен орлом с распростертыми крыльями, а в 1830-48 годах — галльским петухом.

В эту эпоху знаменитый Тюильрийский сад в Париже был всегда переполнен чудными белыми лилиями — и вдруг они исчезли. Говорят, это случилось по приказанию короля Луи Филиппа, который велел все их срезать. Насколько это верно, неизвестно, но с 1830 года лилии в этом саду более не цвели.

Другой орденский знак, в котором были изображены лилии, был установлен еще в 1048 году наваррским королем Дан Гарсиа IV. Далее папа Павел III учредил в 1546 году также орден Лилии, которым награждал преимущественно поборников церкви и папского престола, а папа Павел IV утвердил его и поставил выше других орденов. Изображение же лилии находится и в высшем итальянском ордене Аннунциаты, основанном в 1362 году герцогом савойским Амедеем VI.

Кроме того, лилия вообще считалась очень почетным знаком во французских гербах и встречалась также на монетах. Людовик XIV выпустил в оборот в 1655 году монеты, носившие даже названия золотых и серебряных лилий. Золотая лилия стоила 7 ливров (фунтов серебра) и содержала в себе 23 карата золота. На одной стороне ее находилось изображение короля или украшенного лилиями и увенчанного на концах коронами креста, а на другой — герб Франции с лилиями, поддерживаемый двумя ангелами.

Серебряные лилии были трех достоинств: в 20, 10 и 5 су. Они имели изображение короля с короной на лицевой стороне, а на оборотной — изображение креста из 8 переплетшихся L, увенчанного короной и окруженного четырьмя лилиями. Монеты эти ходили очень недолго: серебряные были упразднены в следующем же году, а золотые продержались до 1679 года. Теперь они, особенно серебряные, представляют большую редкость и отсутствуют даже во многих самых больших нумизматических коллекциях.

Изображение лилии имели также еще и другие французские монеты — флорины, введенные впервые в употребление во Флоренции и носившие такое название от итальянского слова florino (цветок), под которым часто подразумевались лилии, красовавшиеся в гербе Флоренции. Первые флорины появились во Франции в царствование Людовика IX. На одной стороне их находилось изображение короля или Иоанна Крестителя, а на другой — окруженный лилиями крест с надписью: «Христос побеждает, Христос царствует, Христос правит».

Лилия пользовалась вообще большой любовью во Франции. Цветок этот считался искони выражением высшей степени благоволения и уважения, и потому в аристократических семьях было в обычае, чтобы жених посылал своей невесте каждое утро, вплоть до самой свадьбы, букет из живых цветов, среди которых должно было быть непременно несколько белых лилий.

Такою же любовью пользуется лилия и у южных соседей французов: испанцев и итальянцев. У этих народов и вообще во всех католических землях она считается преимущественно цветком Пресвятой Девы, и изображение Божьей Матери окружено здесь постоянно гирляндой из этих цветов. В венках же из лилий идут здесь девушки в первый раз к св. Причастию, что делается в память того, что, будто, в таких венках в первые времена христианства все девушки принимали и св. Крещение.

В Пиренеях же существует с незапамятных времен обычай ежегодно 24-го июня, в Иванов день, приносить срезанные в громадном количестве лилии в церковь и ставить их в больших изящных вазах для освящения. Здесь они остаются в продолжение всей обедни и окропляются святой водой, а затем из освященных таким образом лилий делают букеты и, расположив их крест-накрест, прибивают над дверью каждого дома, который с этой минуты считается уже как бы под охраной Иоанна Крестителя. Тут букеты эти остаются до следующего Иванова дня.

Существует предание, что с лилией в руке явился в день св. Благовещения архангел Гавриил к Пресвятой Деве, и потому на всех наших иконах, представляющих это событие, он изображается всегда с ветвью этих цветов. С такой же ветвью как символом чистоты и непорочности изображаются у католиков св. Иосиф, св. Иоанн, св. Франциск, св. Норберт, св. Гертруда и некоторые другие святые. Лилиями же убирают в подземных римских катакомбах и гробницу св. Цецилии.

Германия тоже немало увлекалась лилией.

Мы уже говорили о роли этого цветка в древнегерманской мифологии, но, кроме того, о нем существует здесь еще немало разных легенд и вне мифологических сказаний.

Лилия, надо сказать, разводилась в средние века в громадном количестве в монастырских садах и достигла такой величины и красоты, что невольно возбудила всеобщее удивление и тем породила среди невежественной массы немало сказаний, связанных с жизнью монахов.

Так, в Корвейском монастыре, существовавшем в средние века на реке Везере, на основании этих сказаний она играла роль цветка смерти. Каждый раз тот из братии, кто должен был умереть, находил за три дня до смерти на своем стуле в церкви белую лилию.

И вот однажды, рассказывает предание, один из честолюбивых монахов задумал было воспользоваться им, чтобы избавиться от старого надоедливого настоятеля монастыря и занять его место. Тайно, добыв ветку лилий, он положил ее на место престарелого приора, и старичок, испугавшись, не замедлил действительно отдать Богу душу. Желание честолюбца исполнилось, и он был избран настоятелем. Но, заняв так соблазнявшее его положение, он с этих пор не находил себе покоя. Угрызения совести его мучили, всякая радость, всякое спокойствие духа исчезли, он постепенно зачах и, сознавшись на предсмертной исповеди в содеянном им преступлении, умер...

Интересно также существующее в горах Гарца сказание «о цветущей ночью лилии».

Дело происходило близ городка Лауенбурга. Прелестная крестьянская девушка Алиса отправилась с матерью в лес за хворостом, и по дороге они неожиданно повстречали властителя этой страны графа Лауенбургского, большого дон-жуана и волокиту. Прельстившись ее красотою, граф тотчас же приглашает ее прийти к себе в замок и обещает обогатить ее и сделать счастливейшей из смертных.

Зная его жестокость и упорство, мать для виду тоже уговаривает Алису согласиться на предложение графа, но как только он уезжает, бежит с дочерью в соседний монастырь и умоляет настоятельницу укрыть их от преследований графа.

Вскоре, однако, граф открывает их убежище, берет со своими рыцарями приступом монастырь и похищает несчастную. Обхватив ее крепко, он мчится с ней на коне в свой замок и в полночь въезжает к себе на двор. Но горный дух вступается за нее, похищает у нее душу, и граф привозит к себе Алису уже мертвой.

Ее снимают с коня, и в том месте, где ее ноги коснулись земли, вырастает чудная белая лилия, которая в народе слывет с тех пор под названием «лауенбургская лилия».

Очень красива еще легенда о лилии, существующая в нормандских народных сказаниях.

Один рыцарь, изверившись в любви женщин и будучи не в состоянии найти себе жену, стал по целым дням проводить время на кладбищах, как бы вопрошая смерть, не укажет ли она ему путь к счастью?

И вот, блуждая среди могил, он встретил в одно прекрасное утро женщину такой красоты, какой не мог даже себе и представить. Она сидела на одной из мраморных плит, разодетая в роскошное платье, с чудными блестящими драгоценными камнями на поясе. Ее волосы были золотисты, как пыльца лилии, которую она держала в руках.

Вокруг нее распространялось такое чудное благоуханье и она сама была так пленительна, что душа рыцаря исполнилась каким-то благоговением, и он, став на колени, поцеловал ее руку.

От этого поцелуя красавица как бы пробудилась ото сна и, улыбнувшись ему, сказала: «Не хотите ли Вы, рыцарь, взять меня с собой в замок? Вы ждали меня долго, и вот я явилась, так как наступил наконец час, когда я могу собой располагать. Я дам Вам то счастье, которое Вы так долго искали. Но прежде чем я отправлюсь с Вами, Вы должны обещать мне, что никогда в моем присутствии не будете говорить о смерти и что даже самое слово ‘смерть’ никогда в Вашем доме не будет произнесено. Думайте обо мне как об олицетворении жизни на земле, как о цветке юности, как о нежности любви, и думайте так постоянно.»

Восхищенный рыцарь посадил красавицу на свою лошадь, и они поехали. Животное пустилось вскачь, как бы не чувствуя никакого прибавления веса, и когда они проезжали по полям, то дикие цветы наклоняли свои головки, деревья нежно шелестели листьями и весь воздух был напоен чудным запахом, словно из какого-то невидимого поля лилий.

Они поженились и были очень счастливы. И если иногда свойственная рыцарю меланхолия и овладевала им, то стоило только молодой жене вдеть в волосы или приколоть на грудь лилию, как всю печаль его как рукой снимало.

Наступило Рождество. Молодые решили пригласить соседей и устроить пир на славу.

Столы были изубраны цветами, дамы весело улыбались и так и блестели от покрывавших их платья драгоценных камней, а мужчины были в самом веселом настроении духа, смеялись, шутили.

А в то время как все пировали, приглашенный певец-трубадур пел то о любви, то о турнире и рыцарских подвигах, то о благородстве и чести. Потом, воодушевившись, перешел к еще более возвышенным темам и запел о небесах и о переселении в них через смерть.

И вдруг при этих словах красавица-лилия побледнела и начала увядать, как цветок, сраженный морозом.

В отчаянии схватывает рыцарь ее в свои объятия, но с ужасом видит, что она все съеживается и съеживается и он держит в своих объятиях уже не женщину, а лилию, дивные лепестки которой так и осыпаются на землю. Между тем в воздухе слышатся тяжелые вздохи, как бы рыдания, и вся зала наполняется тем чудным запахом, какой он чувствовал при первой встрече с ней.

Отчаянно махнув рукой, рыцарь удаляется и исчезает во мраке ночи, чтобы никогда уже более не появляться...

Перемены произошли и на дворе: сделалось холодно, мрачно, и ангелы засыпали с неба землю лепестками лилий, как снегом.

В Германии с лилией связано также немало сказаний о загробной жизни.

Она, как и надгробная роза, служит у немцев свидетельством то преданности, то посмертной мести покойника. По народному поверию, ее никогда не сажают на могилу, а она сама вырастает здесь под влиянием какой-то невидимой силы, и вырастает преимущественно на могилах самоубийц и людей, погибших насильственной и вообще страшной смертью. Если она вырастает на могиле убитого, то служит знаком грозящей мести, а если на могиле грешника — то прощения и искупления им грехов. Такое поверье даже рассказано в известной средневековой балладе «Слуга убийцы».

Баллада эта рассказывает, как одна благородная дама по желанию своего возлюбленного уговорила преданного ей слугу убить своего мужа, напав на него врасплох среди поля. Слуга выполняет поручение, прекрасная дама хвалит его и щедро награждает; но когда она проезжает на своем сером коне по полю, где совершено убийство, то вдруг растущие тут белые лилии начинают грозно кивать ей головками. Страх и угрызение совести овладевают ею, ни днем, ни ночью она не находит более покоя и идет в монастырь.

На лилиях же, выражающих искупление грехов, появляются всегда какие-нибудь написанные золотыми буквами слова. О таких словах говорится в средневековых песнях о рыцарях-разбойниках Шютензаме и Линденшмите, пойманных и казненных нюрнбергцами, а также в песне о графе Фридрихе, убившем нечаянно выпавшим у него из ножен мечом свою невесту. В отчаянии ее отец убивает его, и песня кончается словами: «Прошло три дня, и на его могиле выросли 3 лилии, на которых было написано, что Господь принял его к себе, в свои святые обители».

Наконец, она служит как бы приветом покойника оставшимся на земле дорогим для него существам, вследствие чего существует даже поверье, что этот цветок сажается на могиле духом покойника.

Скажем еще, что некоторые кавказские лилии могут под влиянием дождя желтеть и краснеть, и потому кавказские девушки пользуются ими для гадания.

Избрав бутон лилии, они раскрывают его после дождя, и если он окажется внутри желтым, то суженый их неверен, если же красным — то по-прежнему любит.

Основанием этого поверья послужила очень интересная, возникшая еще в XI столетии легенда.

Однажды, говорит эта легенда, один уздень, возвратясь с набега, привел с собой юношу, сына погибшего во время одной схватки товарища, и усыновил его.

Юноша, поселясь в доме своего второго отца, познакомился с его дочерью, красавицей Тамарой, и влюбился в нее. Она отвечала ему тем же, и молодые люди решили повенчаться.

Но отец просватал ее за другого.

Тогда юноша предлагает ей бежать с ним, но девушка, покорная всегда воле отца, не соглашается и обещает только помолиться о благополучном исходе, будучи уверена, что все обойдется благополучно, если она только сходит к одному святому отшельнику, живущему в горах, и попросит его об этом.

И вот, собрав нескольких слуг и родственников, Тамара отправляется к нему. Приходят. Сопровождающие ее остаются снаружи, а она входит к нему в келью. В это время разражается страшная гроза. Дождь льет как из ведра, молния так и сверкает, гром гремит, не переставая. Свите еле-еле удается укрыться в соседней пещере.

Гроза проходит, свита ждет час, другой, наступает вечер, а Тамары все нет.

Тогда все родственники идут к монаху спросить, что с Тамарой, отчего она не появляется? Но отшельник говорит им: «Господь услышал нашу молитву. Тамара более не томится душой, более не страдает. Смотрите сюда!»

Сопровождающие, следуя знаку монаха, смотрят и видят в его саду такой красоты лилию, какой им до этого времени никогда не приходилось видеть. Чудный запах ее доносится до них как фимиам.

Но ими овладевает сомнение. Они не хотят верить в чудо: вытаскивают затворника из его кельи, обыскивают все жилище, весь сад и, придя в неописуемый гнев, нападают на него и убивают.

Затем они сжигают все, что может гореть, разрушают дом, разбивают изображения святых, ломают старые деревья, уничтожают всю его библиотеку — словом, когда идут наконец сообщить отцу о таинственном исчезновении Тамары, то на месте пожарища и разрушения остается одна только лилия.

Узнав о гибели своей дорогой, незабвенной дочери, отец умирает, но юноша спешит на место преображения цветка и, остановившись перед ним, спрашивает: «Правда ли, что это ты, Тамара?» — И вдруг раздается тихий, как от дуновения ветерка, шепот: «Да, это я».

В отчаянии юноша наклоняется к ней, и крупные слезы его падают на землю возле лилии. И видит он, что лепестки лилии начинают желтеть, как бы от ревности, а когда следующие падают на цветок, то они окрашиваются в красный цвет, как от радости.

Ясно, что это его дорогая, милая Тамара, что ей приятны его слезы, что она жаждет ими упиться.

И он льет их, льет их без конца, так что к ночи Господь, сжалившись над ним, превращает его в дождевую тучу, чтобы он мог как можно чаще освежать лилию-Тамару дождевыми каплями, как своей любовью.

И вот теперь, когда на Кавказе начинается засуха, деревенские девушки с песней о Тамаре отправляются на жаждущие влаги поля и усыпают их цветами лилий.

Привлеченная дорогим для нее цветком, туча собирается и обильно обливает землю своими горючими слезами...

В заключение напомним еще о значении лилий в Китае.

В этой стране курьезов под названием «золотая лилия» является не наш очаровательный цветок, а изуродованная копытообразная нога китаянки, считающаяся у сынов Небесной империи, как известно, верхом красоты. Благодаря таким изуродованным ногам, походка китаянок бывает обыкновенно очень медленна и неграциозна, и для того, чтобы удержаться в равновесии, бедным женщинам приходится шататься из стороны в сторону и сильно размахивать руками. Но именно это-то шатание и уподобляется китайцами нежному колыханию лилий, а вызывающие его изуродованные ноги — самой лилии.

Что сказала бы на это лилия, если бы она только могла говорить?!

P1000612.thumb.JPG.eb145a67f810461a679903ff4bce9ff5.JPG

P1010028.thumb.JPG.cc1b1861e66eef6cb9f2c770e9091fd3.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

ТОПОЛЬ

Г. Проскурякова

 

Нашу неспешную северную весну порой хочется подтолкнуть: день за днем сыплется серый дождик, сквозь мокрые стекла все глядит уныло. То ли она уже наступила, эта весна, то ли еще где-то в пути? Но однажды, выглянув поутру, уже не сомневаешься. Все будто бы и так же, но... что-то неуловимо изменилось. Тополя! Их светлые стволы и сучья стали ярче, кроны как-то потяжелели и уплотнились, и поначалу едва заметная красноватая дымка, через день уже отчетливая и яркая, затягивает деревья. Развесистые кроны старых деревьев наливаются густым багрянцем и тяжко обвисают. Тут уж нет сомнений: цветущий тополь – визитная карточка городской весны.

Под деревьями асфальт засыпан облетевшими чешуйками. Клейкие, блестящие, рыже-золотистые, они лепятся к каблукам прохожих, но не вызывают досады – весне все простишь. Они плотно одевали цветочную почку, осень и зиму защищая ее от непогоды и мороза; весною стали ненужными, раскрылись и облетели. Вскоре и сами тополевые сережки сыплются на асфальт – их жизнь коротка и зависит от погоды: в теплую и солнечную – всего несколько дней.

Красные сережки, похожие на толстых личинок, устилают асфальт – и по ним пройдутся каблуки прохожих! И редко кто наклонится подобрать эти первые весенние цветы, чтобы подержать на ладони, ощутить их живую прохладу и легкую тяжесть, подивиться филигранности конструкции или бархатистому переливу цвета. Такой красный «червячок» – целое соцветие: длинный стержень, спрятанный в центре, усажен множеством мужских цветков – пурпурными пыльниками на беловатых тычиночных нитях. Созревая, сережка вытягивается. Из упругой и толстой она превращается в обмякшую и тонкую; в это время лопаются пыльники, рассыпая бледную пыльцу.

Можно увидеть пчел, прилетевших на цветы тополя; они, однако, мало приспособлены к таким визитам – пыльца сухая, не прилипает к телу насекомого, да и не пахнут цветы, так как не имеют нектара. Тополь – растение, опыляемое ветром, и это он, ветер, подхватив живое облачко пыльцы, обсыпает им ветви неподалеку растущих тополей. Многие из них будто подернуты зеленой кисеей. Это женские экземпляры с зелеными пестичными цветками, и потому они зеленеют еще до распускания листьев. Вскоре женский цветок превращается в коробочку, туго набитую очень мелкими семенами, одетыми пухом. До поры до времени она тихо зреет, набирая объем и вес. И сережки вытягиваются под тяжестью коробочек и совсем пропадают для глаза в праздничной зелени молодой листвы.

Листья распускаются мгновенно: идешь на работу – дерево чуть зеленеет, возвращаешься – оно одето листьями. Малыми, недоросшими, но полностью развернутыми, и вся крона на солнце блестит и мерцает. Это дрожат и трепещут только что развернувшиеся листья – лаково переливающиеся, гладкие, нежные, насквозь просвеченные солнцем.

По весенним скоростям тополь стоит на одном из первых мест среди наших деревьев. Это неудивительно – ведь листья и даже соцветия сформированы у него загодя, и достаточно небольшого тепла, чтобы пустить этот механизм пробуждения. Недаром ведь ребятишки во время весенней обрезки подбирают именно тополевые ветки. В воде на окошке они тотчас пускаются в рост, и через 2...3 дня уже покажутся остренькие, как шило, зеленые кончики плотно скрученных в почке листьев. И рыжая смолка, склеивавшая почку, пачкая стекло и пальцы, даст о себе знать ароматом – едва ли не самым прекрасным запахом нашей весны. И улицы, и бульвары – весь город, запестревший первой бойкой зеленью тополей, насыщен этим смолистым духом. И даже летом после каждого дождя тополь напомнит о себе дивным запахом – живой памятью весны.

Позже, перед самым летом, созревают коробочки тополя. Они лопаются; семена, щедро одетые нежнейшим белым пухом, снежной метелью несутся по улицам. Дерево – как распоротая перина; ветер уносит пух, а на его месте новый, все больше и больше. Зимой не увидишь тополя под таким снежным бременем, как в период созревания семян. Уже не белый, а серый от пыли тополевый пух затягивает все решетки, сетки, скапливается во дворах и скверах, в канавах, у воды и проникает всюду – в книжные шкафы, под диваны, забивает решетки лифтов на лестничных клетках...

И сколько недобрых слов услышишь в эти дни в адрес тополя. Они во многом справедливы: дело не только в неряшливом облике города и липших хлопотах хозяек, но тополевый пух у многих вызывает аллергические расстройства. А так как недуг этот с каждым годом захватывает все больший круг жертв, можно предположить, что тополь в городе станет деревом враждебным.

Латинское название тополя – «популюс» – находим впервые у Горация. Оно от слова «народ», то есть народное дерево, популярное – так латиняне называли тополь, который необыкновенно широко использовали в озеленении городов. Тополями обсаживали площади, перекрестки – они быстро давали столь необходимую на юге тень, тем более ценимую, что все народные собрания там проходили под открытым небом. В наших и северных, и южных городах тополь тоже на первом месте. Исключительную устойчивость этой традиции легко объяснить: тополь – одно из самых дешевых растений в ассортименте озеленителей – неприхотлив, легко черенкуется, растет быстрее всех!

Насколько раздражал тополиный пух тех, кто жил во времена Горация, мы не знаем, но в наше время этому уделяют немало внимания, пытаясь научиться определять пол растения на стадии сеянца, до его цветения. Тогда проблему было бы легко решить, выбраковывая женские экземпляры. Но воз и ныне там, несмотря на все усилия. Дело осложняется еще и тем, что тополя могут менять пол в зависимости от разных обстоятельств; так, на обломанной ветке мужского экземпляра вдруг появляются женские сережки.

И уж коли взялись мы считать грехи тополя, нельзя обойти еще один. Нет другого в наших городах дерева, которое бы больше поражалось насекомыми. Последние годы тополя в Москве с середины лета ужасают безобразием: на одних мотаются с неживым шелестом обесцвеченные жухлые листья, мраморные от густо прошивших их минных ходов (в них запрятаны личинки насекомых), другие деревья и вовсе голы – не знаешь, что предпочесть. Среди множества насекомых, облюбовавших для жизни тополь, первенство держит тополевая моль. В период ее роения не спасают от насекомых ни захлопнутые форточки, ни москитные сетки, появившиеся на наших окнах – она всепроникающая. Правда, попав в дом, тополевая моль не зарится на наши шубы и свитера, но кому же понравится вылавливать этих суетливых насекомых из тарелки с супом или магнитофона?

Это все про тополь в городе. А в природе?

Более всего тополей в Восточной Азии и в Приатлантической Америке. В нашей стране их около двух десятков видов (один из которых – всем известная осина). Все тополя – деревья, все очень быстро растут. Растения влаголюбивые, они, так или иначе, связаны с водой и растут близ нее – в приречных лесах, на галечных и песчаных отмелях, по речным террасам, по берегам стариц и озер, образуя часто густые заросли вдоль потоков. Многие тополя – горные растения.

Род тополей довольно древний: отпечатки его листьев находят еще в верхнемеловых отложениях. В те поры он был распространен значительно шире – известны находки на Новосибирских островах.

Жителям средней России более известны черный и серебристый тополя. Черный тополь, или осокорь, дико растет в средних и южных районах России, в Сибири, Средней Азии и на Кавказе. Это стройное крупное дерево к старости сильно раздается вширь – огромная плотная крона накрывает мощный, будто осевший, с уродливыми наростами ствол. Листья осокоря имеют форму ромба с оттянутым кончиком. В Москве они не успевают к осени пожелтеть и обычно зелеными осыпаются на снег.

Серебристый, или белый, тополь – крупное, торжественное дерево – узнаешь всегда: его листья снизу покрыты сплошным ярко-белым войлочком, и стоит ветру лишь тронуть дерево, крона его зарябит, замелькает белым и зеленым.

Особую группу среднеазиатских тополей называют турангой – это растения пустынной зоны. Туранга – основное, да, пожалуй, и единственное, дерево в тугаях – густых (местами до непроходимости) зарослях по берегам рек. Солнце и вода здесь в избытке, и поэтому кустарники и травы бушуют, достигая необыкновенного роста и пышности. У туранги плотные сизые листья, густо покрытые воском, и потому легко даже издали узнать это седое дерево. Любопытно чрезвычайное разнообразие формы листа: пока не увидишь сам в природе – не поверишь, что ветви с круглыми, овальными, ланцетными листьями срезаны с одного и того же дерева.

Притягивают взор и великолепные пирамидальные тополя, украшающие южные поселки и города. Это культурная форма, выведенная на основе нескольких отечественных и зарубежных видов.

В некоторых районах тополь – единственный источник древесины. Кое-где в горной Средней Азии и до сего дня сохраняется обычай сажать сорок тополей, когда в семье родится мальчик – ко дню его свадьбы будет из чего построить дом. У тополей легкая и мягкая древесина разнообразного использования. Она хороша для производства целлюлозы, что выдвинуло тополь на особое место среди других деревьев: гораздо выгоднее закладывать плантации быстрорастущих тополей для производства бумаги, чем рубить для этого столетние ели. Сейчас повсюду – у нас и за рубежом – эта проблема экспериментально разрабатывается.

Почки тополя использует медицина, эфирное масло из них – парфюмерия, а из душистой клейкой смолки пчелы делают прополис.

 

 

Мэй Ну.

 

Мы расстаёмся у ворот восточных,

Путь на Чанъань простёрся перед нами,

На берегу реки,

Склоняя ветви,

Маячат тополя

В вечернем свете,

И осень поздняя

Над тополями.

 

Песнь древнюю поём, песнь расставанья,

И пьём до дна из драгоценной чаши.

Тебе – на Сяосян,

Что в дальней дали,

А я – на Ци

Свои стопы направлю…

Когда тлько найдут нас

Письма наши!

 

Перевод М. Басманова.

P1010561.thumb.JPG.df9df16b7a909913eeb55b5e242423c4.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

РЯБИНА

 

На фоне тройки священных деревьев (ясень, орешник, дуб), обычная рябина выглядит скромно. Но магия рябиновой древесины считается ничуть не более слабой, нежели магия дуба или орешника. В наших северных лесах это дерево, с его тонкими ветвями, резными листьями, крупными ягодами, качающееся на ветру среди могучих дубов и сосен, такой же символ магии, как и эта священная тройка.

В прошлом священные рябиновые рощи росли на неприкосновенных местах святилищ древних богов, поскольку рябина обеспечивала магическую защиту и способствовала предсказаниям. Кроме того, с рябиной связывали такие навыки, как умение контролировать свои чувства и уберегаться от чужих чар.

В качестве одного из главных антиведьмовских оберегов, рябина применялась еще в Древней Греции. Еще с древнегреческих времен ветки или листья рябины вставлялись в пастушеский посох. Аналогичный обычай зафиксирован в Шотландии, Эстонии и Швеции. Даже в тех местах, где рябину называли ведьминым деревом, ее все равно наделяли способностью противостоять колдовству и болезням.

О том, что это дерево было очень известным и значительным для древних, говорит хотя бы тот факт, что рябина была посвящена громовержцу Тору, и то, что обычное скандинавское имя Тор-бъорг (THor-bjoerg), буквально означающее "помощь Тору", возникло скорее всего из сохранившегося в "Младшей Эдде" предания о том, как рябина выручила как-то Тора в его борьбе с силами Тьмы - великанами-"йотунами". О том же свидетельствует "виса" (стих-экспромт) на имя Торбъорг исландского скальда Греттира Сильного (См. "Сагу о Греттире "). "Рябина кровопролития", опять же, обозначает свирепого бойца, мужчину, в поэтическом словаре северных скальдов. Католическим священникам, которые обращали англосаксов в христианство, приписывалось по началу не отрицать старые языческие традиции, а стараться их совмещать, что бы потом, постепенно, заменять их "неразбавленными" ритуалами новой веры. Церковью тогда предписывалось изготовлять кресты из рябины (cwicbeam).

В исландском магическом трактате (16-17 веков) рябиновый посох, с вырезанным на нем чародейским знаком (galdra-mynd), помогает избегнуть визита нежеланного (или враждебно настроенного) гостя, если положить этот посох над дверью, предварительно совершив с ним все необходимые ритуалы.

В календаре друидов рябине посвящено два периода . Весной, с 1 по 10 апреля, и осенью, с 1 по 10 октября.

Основой магии рябины традиционно считается защита от злого колдовства. До сих пор во многих деревнях от Британии до Урала маленькие девочки по осени нанизывают на нитку ягоды рябины и носят их как бусы, давно позабыв, что именно они делают, - а между тем такой талисман всегда считался лучшей защитой от чужой магии любого сорта. Известно также британское описание рябинового креста, применявшегося для защиты скота и хозяйственных построек. Такой крест изготовлялся из веточек рябины, сломанных (не срезанных!) и связанных красной ниткой таким образом, чтобы получился равноконечный крест. Известно, что рябиновые бревна закладывались иногда для магической защиты в жилые и культовые постройки, а рябиновые доски действительно пришивались иногда к форштевням судов...

Рябина, где бы она ни росла, считается деревом счастливым. Кое-где ее называют "ведьминым деревом", а почти повсеместно наделяют способностью противоборствовать колдовству, феям, болезням и сглазу. Если вас беспокоят ведьмы, выбравшие путь тьмы - сделайте в своем доме поперечную балку, поддерживающие дымоход, из рябины. И ни одна ведьма не залетит к вам в дом через трубу. Если ваши родители живут в деревне - посоветуйте им над дверями хлева и конюшни вывесить двойные веточки рябины, перевязанные красной нитью в виде креста, а на перечку между дверями положите простую рябиновую палочку. "От рябины да красной нити ведьмы не так резвы", - гласит известная шотландская поговорка, а если эти ягоды давать кобылицам и другим животным, то это поможет им жеребиться, телиться и проч. легко и без осложнений.

 

Из разных источников до нас доходят рассказы о приметах, верованиях и праздниках, связанных с этим деревом.

На острове Мэн в канун Первого мая, самое опасное время в смысле происков фей и ведьм, к хвостам коров и быков привязывали рябиновые крестики, сделанные без помощи ножа. В Йоркшире говаривали: "Если у тебя кнут из рябины, по любому городу проедешь". Извозчики и всадники во многих регионах использовали такие кнуты или носили на шляпах рябиновые веточки, чтобы не позволить ведьмам околдовывать своих лошадей, отчего последние могут сделаться непослушными и беспокойными или, наоборот, стоять неподвижно несколько часов подряд. В Линкольншире маленькие побеги рябины вставляли под стрехи крыш и в стога сена для защиты их от пожара.

Если рукоятка маслобойки сделана из рябины, ведьмы не смогут заколдовать масло, чтобы оно не сбивалось, так же точно не смогут они причинить вред младенцу, лежащему в колыбели, качалки которой сделаны из рябины. Из рябины делали колья и жерди загонов, оси плугов, колышки для закрепления пут, которыми связывают коровам ноги при дойке. Преподобный Дж. Эткинсон описывает обычай, наблюдавшийся в бытность его в Кливленде. Надо было найти рябину, которую раньше не видел и о существовании которой не знал. Это было долгое и нелегкое дело, и с каждым годом становилось еще более долгим и трудным. Найдя такое дерево, надо было кухонным ножом нарезать с него побегов и ветвей и принести домой другой дорогой, чем та, по которой шел туда. Требовалось нарезать много, потому что их полагалось развешивать не только над дверями дома, конюшни, коровника и прочих помещений для скота и птицы, но и в головах кроватей и в общей столовой или гостиной, а также носить в карманах и кошельках. Но никто не сомневался в том, что все эти усилия будут потрачены не зря, - ведь и дом, и постройки, и их обитатели, как двуногие, так и четвероногие, будут наверняка защищены от напастей на год.

Во время праздника Бельтана шотландцы стремились извлечь наибольшую пользу из веток рябины. Существовало поверье, что в этот вечер ведьмы околдовывают скот и крадут молоко у коров. Чтобы противодействовать колдовству, над дверями каждого хлева вывешивались ветки рябины, и каждый фермер и батрак зажигал костер - праздничный костер Бельтана. Кроме того, в Швеции из "летучей рябины" делают волшебный прут, с помощью которого, как полагают, можно обнаружить спрятанный клад. "Летучей" называют рябину, выросшую на стене или высокой горе из семени, которое обронила птица. Но для того, чтобы рябина не лишилась своей магической силы, ее нужно срезать в сумерки между третьим днем и третьей ночью после Благовещения; при этом нельзя пользоваться железным или стальным инструментом. И, конечно же, рябина ни в коем случае не должна касаться земли.

 

Растущая близ дома рябина до сих пор считается хорошей приметой, и срубать ее, без крайней необходимости, нехорошо. Если такое дерево вдруг завянет без видимой на то причины, это плохой знак. Известно, что друиды использовали ее древесину и ягоды в своих магических искусствах, а маги делали из рябины свои жезлы.

 

В сбоpнике заговоpов 2 пол. 17 века из Олонецкого кpая сохpанилось несколько текстов, обpащенных к pябине. "Заговоp от поpчи, насылки и пеpеполоха" пpоизносили возле pябины, стоящей на мypавейнике. Можно было также сделать посох из pябины, погpызть его и оставить щепочкy во pтy за щекой, чтобы не бояться никаких кyдес (колдовства) во вpемя пyти.

Рябина - Дерево женской силы и сексуальности. Общение с рябиной способно разбудить женские инстинкты. Особенно рябина благоволит женщинам около 40 лет, им она дарит всю свою силу.

 

 

В одной из старинных английских легенд есть рассказ о том, как некий юный герой, ушедший в дальнее плавание, долго не может вернуться в родной замок, захваченный колдуньей, ибо та злой волшбой каждый раз учиняет бури на пути его корабля. И лишь тогда удается юноше пробиться сквозь магические препоны и освободить замок, когда мудрый человек подсказывает ему заменить киль корабля с дубового на рябиновый, ибо злое колдовство рассеивается там, где появляется древесина этого любимого многими народами дерева...

 

Согласно другой легенде, в рябину обратилась жена, у ног которой погиб ее любимый супруг. Злые люди хотели их разлучить, но не смогли добиться этого ни с помощью золота, ни с помощью власти и оружия, ни даже с помощью смерти. Прекрасной была их жизнь, прекрасной стала и смерть. Поцеловав в последней раз мужа, воззвала верная жена к Господу, чтобы защитил он ее от власти убийц, и в тот же миг стала рябиной на его могиле. Плоды ее стали красными как кровь, пролитая во имя любви.

 

Существует ирландское сказание о Фраорте, в котором ягоды волшебной рябины, которые стережет дракон, могли заменить девять трапез, а, кроме того, были прекрасным средством для исцеления раненных, и прибавляли лишний год, к жизни человека. Если же обратиться к сказанию о Диармойде и Грайне, то там и того больше, сказано, что ягоды рябины, так же, как и яблоки, и орехи, считались пищей богов.

Рассказывают легенду про богиню Фрейу (богиня любви и красоты у жителей Асгарда) у которой было ожерелье сделанное из плодов рябины которое защищало ее от различных сглазов и порч.

 

Северяне обсаживали свои жилища и храмы рябиной, защищая таким образом постройки от удара молнией. И почти везде само дерево посвящали местному богу-громовержцу. У славян она была деревом Перуна, скандинав Тор тоже не гнушался рябинкой. У тех же скандинавов рябина защищала не только от молнии, но и от враждебной магии. Карело-финское божество Тара, такой же громовержец как и созвучный ему Тор также получил в посвящение рябину. У кельтов рябина считалась аналогом греческой амброзии. Ее красные ягоды называли пищей богов, сторожимые зеленым драконом.

 

Если во сне Вы видите, что ветки рябины провисают под тяжестью гроздей, то не исключено, что в ближайшем будущем Вы получите наследство или выиграете крупную сумму денег. Если Вам приснилось, что птицы клюют ягоды с грозди рябины, то в реальной жизни Вас будет сопровождать удача. Сон, в котором Вы пьете рябиновую настойку или едите что-либо, приготовленное из рябины, предостерегает Вас от поступков, которых Вы затем Вы будете стыдиться.

 

В художественном творчестве рябина наряду с березой является поэтическим символом России. Одна из беспоповских старообрядческих сект в России именовалась рябиновцы: ее приверженцы поклонялись кресту, вырезанному из рябины. По их мнению, рябина являлась одним из трех деревьев, составлявших Крест Господень.

 

Существует несколько праздников, так или иначе посвященных рябине:

Первый - Этому замечательному дереву наши предки посвятили особенный день, когда пекли пироги с мясом, капустой, брусникой, грибами, и устраивали народные гуляния. Этот день в народе называют днем “Петра – Павла Рябинника”, и приходится он на конец сентября, когда созревают яркие ягоды рябины. В этот день ветки с плодами связывали в пучки и развешивали под крышами домов.

Второй - День Ведьмовской рябины. Он отмечался 1 мая и проводился в честь богини Рауни, связанной с горным ясенем или рябиной

Третий - Белтейн (или Белтен). Во многих культурах есть подобный праздник. В этот день устраивался праздник прощания с зимой. Обычно именно на праздник первый раз выгоняли скот на пастбища. В этот день ветками рябины украшали двери дома, двор. Здесь рябина также использовалась в качестве оберега от нечисти и темных сил вообще.

Четвертый - Самайн, праздновался в ночь на 1 ноября. Это он позднее переродился в Хэллоуин А в древности в этот день проводились ритуалы с рябиной. Он говорил о начале зимы. На Самайн и Бельтан через обруч из рябины проводили овец, защищая их тем самым от злых сил.

И Пятый праздник - это день Святого Креста или «Рябиновый день». Празднуется 3 мая или 13 мая. В этот день в дом вносили ветви рябины, чтобы защитить дом от всяких невзгод.

Так же, в некоторых областях, праздновались Рябиновые именины. Эти праздники происходили четыре раза в год: весной, когда праздновали окончание пахоты и раскрытие рябинового листа; летом, когда заканчивалась посевная, и цвела рябина; осенью, когда завершали сбор урожая, и праздновали наступление нового года, тогда же и созревала рябина; и зимой когда готовились к новому сезону. Все эти праздники сопровождались особым колокольным звоном, который в народе назывался – “Рябиновый звон”.

 

Есть примета – если порвется венок из рябины, надетый невесте на голову во время свадьбы, то значит, не по любви выходит она замуж или жизнь ее сложится несчастливо. Если венок из ягод долго сохраняет свою свежесть и не засыхает, значит, искреннее чувство в сердцах молодых, и все у них будет хорошо.

Если бусы из ягод, повешенные около кровати девушки, вдруг рвутся и рассыпаются по полу, значит, скоро будет свадьба, но какая - по любви или нет – эта примета не дает ответа. А в какой стороне света больше ягод насыпалось, оттуда и придет жених.

Если рябина, растущая во дворе, вдруг прекращает плодоносить, болеет и чахнет, это значит, что-то не к добру в этой семье. То ли кто-то чары злые наводит, то ли ссоры и раздоры в ней, то ли прошла любовь…

То же самое означает, если вдруг зачахли и умерли саженцы рябины, посаженные с целью оберегать дом от зла и беды.

А вот если девушка вдруг под окном увидела ягоды, рассыпанные по снегу, или веточку, воткнутую в окно, или просто несколько ягод на подоконнике – значит, скоро будет она счастлива!

 

А вот еще несколько народных примет:

 

Рябина цветет рясно – много овса будет.

Рано пожелтели листья на рябине – ранняя осень и ранняя холодная зима будет.

Позднее цветение рябины – к долгой и теплой осени.

Кругом красно от рябины – надо ждать холодной и долгой осени.

Срубил рябину – значит, скоро погибнешь или в доме мертвец будет.

Хорошо цветет рябина – будет хороший урожай льна.

Рябина цветет – пора сеять лен.

Если рябина в лесу «уродилась» - к дождливой осени, если нет – к сухой.

 

(по материалам сайта http://herbalogya.ru/library/index.php )

P1020637.thumb.jpg.4253f6667a26e0916c30fd45120a5cdf.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

АМОРФОФАЛЛУС

 

Род Амофофаллус или амофофаллус (Amorphophallus Blume ex Decne.) насчитывает около 100 видов экзотических растений семейства Ароидных (Araceae). Название рода происходит от греческих слов «Amorpho» – «бесформенный» и «Phallus» - «отпрыск, побег».

В комнатной культуре распространены аморфофаллус луковиценосный, а. коньяк и а. Ривера.

 

Соцветия аморфофаллуса развиваются до появления листьев (только у крупных клубней), причем у культивируемых растений запах довольно резкий, напоминает запах тухлого мяса.

 

Аморфофаллус - очень оригинальное растение. Самое удивительное - это его соцветие, укрытое коричнево-красным или желтым с коричневыми пятнами покрывалом. На початке при желании можно разглядеть несколько участков, у каждого из которых своя неповторимая роль в опылении растения. Самая верхняя часть початка темно-вишневая, несколько расширенная. Она не содержит цветков и называется стерильным придатком. Придаток служит для выделения пахучих веществ, привлекающих опылителей. Ниже расположены упругие щетинки, сквозь которые легко пробраться в нижнюю камеру соцветия. Но обратно пролезть вверх уже невозможно. Щетинки нужны для удержания насекомых в нижней камере. И, наконец, в самом низу початка расположены тычиночные, а затем и пестичные цветки, которые и принимают участие в опылении. Процесс опыление очень похож на колдовство. После полуночи стерильный придаток разогревается и в воздухе разливается запах, привлекающий насекомых. Те проникают в нижнюю камеру и оказываются в плену у растения, поскольку не могут выбраться из-за щетинок. Так насекомым приходиться проводить остаток ночи и весь день в одной камере с еще не созревшими тычинками и пестиками. Ранним вечером нагревается нижняя камера. Это стимулирует активность насекомых и заодно - созревание пыльцы. Она обильно сыплется на головы насекомых сверху, а те, ползая в разных направлениях, наносят ее на пестичные цветки. Как только опыление произошло, щетинки увядают и к полуночи насекомые оказываются на свободе. Но для чего? Чтобы снова забраться в еще не опыленное соцветие, принося с собой пыльцу предыдущего растения. Вам может показаться неразумным поведение насекомых. Однако в нижних камерах насекомым не так уж плохо: есть нектар и защита от крупных хищников, а главное - сухо! Таким образом, если аморфофаллюс зацветет, вы сможете изучать биологию опыления не больше двух дней, после чего покрывало увянет.

 

Но не только цветок - украшение аморфофаллюса. После цветения (несколько месяцев) из почвы появляется росток. Это чешуевидные листья пробивают почву, чтобы вынести к свету единственный зеленый лист. Ажурные доли листа, приподняты на черешке, украшенном многочисленными пурпурными пятнами, создадут неповторимый эффект, тем более что лист достигает у некоторых видов 2-3 м.

 

В восточной медицине используют все части растения. Соцветия применяют как жаропонижающее, при болях в костях, воспалении глаз. Клубень в сыром виде ядовит, но в определенных дозах его рекомендуют в качестве противоязвенного средства, против укусов грызунов и змей. Кроме того, клубень аморфофаллюса является одним из наиболее известных китайских противораковых средств.

 

Аморфофаллусом можно украсить в летнее время террасы, веранды, балконы, лоджии, комнаты, офисы и садовые участки.

 

(по материалам сайта http://floralworld.ru/ )

pic005.thumb.jpg.b8459739a34076b184453bbe12aaab53.jpg

pic004.thumb.jpg.3fa01b1eeef35b620778e0dc9c17200b.jpg

pic003.thumb.jpg.e8f2208d077dd8cc25c4bc1618e8fdad.jpg

pic001.thumb.jpg.096d901350e1633fb8ca639af638fb1b.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Прекрасный мир растений :Rose: :Rose: :Rose: :Rose: :Rose:

Share this post


Link to post
Share on other sites

ЭШШОЛЬЦИЯ (МАЧОК КАЛИФОРНИЙСКИЙ, ПОЛЫНОК)

У американцев есть одна интересная легенда об эшшольции, которую они пересказывают с некоторой иронией. Говорят, что испанские моряки-золотоискатели в 16 веке поплыли в Новый Свет, чтобы обнаружить там золотые рудники. И завидев еще за 35 миль золотое сияние, взяли

курс на побережье Калифорнии. Однако каково же было разочарование золотоискателей, когда вместо золота их добычей оказалось изобилие на холмах цветущей эшшольции калифорнийской! С тех пор испанцы в шутку называют калифорнийский мак Копа Де Оро, что означает «Золотая чаша», «Золотой кубок». А индейцы твердо уверены, что золотые рудники в Америки появились там, где осыпались лепестки эшшольции калифорнийской.

 

Название роду эшшольция подарил немецкий ботаник — член Прусской Академии наук Адальберт фон Шамиссо, в честь своего друга и коллеги, судового врача и энтмолога Иогана Фридриха фон Эшшолтца. Отправившись вместе с русской научной экспедицией в путешествие по Тихоокеанскому побережью на корабле «Рюрик», под командованием лейтенанта Отто фон

Коцебу, в 1816 году ученые побывали на Аляске и в Калифорнии. На побережье Северной Америки естествоиспытатель открыл миру новый удивительный вид растения семейства маковых. А в 1890 году цветок эшшольции обошел двух других соперников - мак Матилижа и лилию Марипоса, будучи избранным официальным цветком-символом Золотого штата Калифорния большинством голосов, в честь чего ежегодно 6 апреля американцы отмечают праздник — День Мака.

 

Среди самих американских обывателей распространилось заблуждение, что срывать

калифорнийский мак запрещено законом, потому что растение это еще называют «цветок-кубок», с намеком на символическое растение, в котором усматривают достояние штата. Однако на самом деле в Калифорнии есть закон, который запрещает порчу, вырубку и угнетение любых растений, растущих на территории государства (за исключением частных угодий). Эшшольция возделывается в Калифорнии на всех пустырях, а ее семена употребляли в пищу еще древние индейцы.

 

В 19 веке семена калифорнийского мака попали в Англию, где массово были введены в культуру садов и парков. В другие страны мира семена мака калифорнийского были завезены случайно еще в легендарные времена царившей в Калифорнии «Золотой лихорадки». Когда все золото было вымыто, добытчики в поисках золотого песка отплывали в Чили, Австралию, Новую Зеландию. А в качестве балласта они укладывали на свои корабли мешки с песком, взятым с обрывов Сан-Франциско. Вместе с песком в эти страны попали и семена эшшольции калифорнийской, которую теперь во многих местах с теплым климатом считают сорным растением.

 

(информация с сайта http://www.lepestok.kharkov.ua/ )

P1000846.thumb.JPG.cfe34c4923c1d2488ee87ba7e5f079d1.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

ГИАЦИНТ

(Из книги Н. Ф. Золотницкого "Цветы в легендах и преданиях")

 

Цветок бога солнца Аполлона и увлечения голландцев —

ГИАЦИНТ

 

Смерть Гиацинта и горе Аполлона

Любимец голландцев

Громадная ценность гиацинтов

Культура в воде

 

Кто не знаком с гиацинтом, тем чудным цветком с дивным запахом, который чарует нас своим благоуханием среди глубокой зимы и прелестные, как бы из воска сделанные, нежнейших оттенков султаны цветов которого служат лучшим украшением наших жилищ на праздниках зимою? Цветок этот — подарок Малой Азии, и название его в переводе с греческого значит «цветок дождей», так как на родине он начинает распускаться как раз с наступлением теплых весенних дождей.

Древнегреческие сказания производят, однако, это название от Гиацинта, прелестного сына спартанского царя Амикла и музы истории и эпоса Клио, с которыми связано и само происхождение этого цветка.

Произошло это еще в те блаженные времена, когда боги и люди были близки друг другу. Очаровательный этот юноша, как рассказывает легенда, пользовавшийся безграничной любовью бога солнца Аполлона, забавлялся однажды с этим богом метанием диска. Ловкость, с которой он его бросал, и верность полета диска удивляли всех. Аполлон был вне себя от восхищения и ликовал от успехов своего любимца. Но ревновавший уже давно к нему маленький божок легкого ветерка Зефир дунул из зависти на диск и повернул его так, что, полетев обратно, он врезался в голову бедного Гиацинта и поразил его насмерть.

Горе Аполлона было беспредельно. Напрасно обнимал он и целовал своего бедного мальчика, напрасно предлагал за него пожертвовать даже своим бессмертием. Заживлявший и оживлявший своими благотворными лучами все, он не в состоянии был возвратить его к жизни...

Как же, однако, было поступить, как хотя бы сохранить, увековечить память об этом дорогом для него существе. И вот, говорит далее легенда, лучи солнца начали припекать струившуюся из рассеченного черепа кровь, начали сгущать ее и скреплять, и из нее вырос прелестный красно-лиловый, распространявший на далекое расстояние свой чудный запах цветок, форма которого с одной стороны напоминала букву А — инициал Аполлона, а с другой Y — инициал Гиацинта; и, таким образом, в нем навеки были соединены имена двух друзей.

Цветок этот был наш гиацинт. Его перенесли с благоговением жрецы Аполлона Дельфийского в сад, окружавший храм этого знаменитого оракула, и с тех пор в память о безвременно погибшем юноше спартанцы ежегодно проводили праздник, который носил название Гиацинтий.

Празднества эти происходили в Амиклах в Ликинии и длились три дня.

В первый день, посвященный оплакиванию смерти Гиацинта, воспрещалось украшать голову венками из цветов, есть хлеб и петь гимны в честь солнца.

Следующие же два дня были посвящены различным древним играм, причем даже и рабам разрешалось в эти дни быть вполне свободными, а алтарь Аполлона был завален жертвенными дарами.

По этой же причине, вероятно, мы нередко встречаем в Древней Греции и изображение как самого Аполлона, так и муз, украшенных этим цветком.

Таково одно греческое сказание о происхождении гиацинта. Но есть еще и другое, которое связывает его с именем знаменитого героя Троянской войны Аякса.

Этот благородный сын царя Теламона, властителя находившегося близ Аттики острова Саламина, был, как известно, храбрейшим и наиболее выдающимся из героев Троянской войны после Ахиллеса. Он ранил Гектора камнем, брошенным из пращи, и поразил своей мощной рукой немало врагов у троянских кораблей и укреплений. И вот, когда по смерти Ахиллеса он вступил в спор с Одиссеем об обладании оружием Ахиллеса, то его присудили Одиссею. Несправедливое присуждение причинило Аяксу такую тяжелую обиду, что он, вне себя от горя, пронзил себя мечом. И вот из крови этого героя, говорит другое предание, и вырос гиацинт, в форме которого это предание видит две первые буквы имени Аякса — Аi, которые в то же время служили у греков междометием, выражавшим скорбь и ужас.

Вообще цветок этот у греков был, по-видимому, цветком горя, печали и смерти, и само сказание о смерти Гиацинта являлось лишь отголоском народных верований, народного поверья. Некоторым указанием этому может служить одно изречение дельфийского оракула, который, будучи спрошен во время свирепствовавших однажды голода и чумы в Афинах: что делать и чем помочь, приказал принести в жертву на гробнице циклопа Гереста пять дочерей пришельца Гиацинта.

С другой стороны, есть указания, что иногда он был и цветком радости: так, например, молодые гречанки убирали им свои волосы в день свадьбы своих подруг.

Ведя свое происхождение из Малой Азии, гиацинт пользовался любовью и у жителей Востока, особенно у персиан, где знаменитый поэт Фирдоуси то и дело сравнивает волосы персидских красавиц с закручивающимися отгибами цветка гиацинта и в одном из своих стихотворений, например, говорит:

 

 

«Ее уста благоухали лучше, чем легкий ветерок,

А гиацинтоподобные волосы приятней,

Чем скифский мускус...»

 

Точно такие же сравнения делает и другой известный персидский поэт Хафиз; а про женщин острова Хиоса сложилась даже местная поговорка, что они завивают свои кудри так же хорошо, как гиацинт — свои лепестки.

Из Малой Азии гиацинт был перенесен в Европу, но прежде — в Турцию. Когда и как — неизвестно, раньше, он появился в Константинополе и вскоре так полюбился турецким женам, что сделался необходимой принадлежностью садов всех гаремов.

Старинная английская путешественница Дэллауэй (Dallaway), посетившая Константинополь в начале XVII, столетия, рассказывает, что в серале самого султана был устроен особый чудный сад, в котором кроме гиацинтов не допускалось никакого другого цветка. Цветы были рассажены в продолговатых, обложенных изящными голландскими черепицами клумбах и своей прелестной окраской и дивным запахом очаровывали каждого посетителя. На поддержку этих садов тратились громадные деньги, и в эпоху цветения гиацинтов султан проводил в них все свободные свои часы, любуясь их красотой и упиваясь их сильным запахом, который восточным людям так нравится.

Кроме обыкновенных, так называемых голландских, гиацинтов в садах этих разводили еще и близкого их родственника — гроздеобразный гиацинт (H. muscari), носящий по-турецки название «Муши-ру-ми» и обозначающий на восточном языке цветов «Ты получишь все, что я только могу тебе дать».

В Западную Европу гиацинт попал лишь во второй половине XVII столетия, и прежде всего в Вену, которая в то время имела наиболее близкие сношения с Востоком. Но здесь он возделывался и составлял достояние лишь немногих завзятых любителей садоводства. Всеобщим же достоянием он сделался лишь после того, как попал в Голландию, в Гаарлем.

Сюда он попал, как говорят, случайно на разбитом бурей у голландских берегов генуэзском судне.

Корабль вез куда-то разные товары, а вместе с ними и гиацинтовые луковицы. Ящики, в которых они находились, подбрасываемые волнами, разбились о скалы, и вывалившиеся из них луковицы вынесло на берег.

Здесь, найдя подходящий для себя грунт, луковицы укоренились, пустили ростки и зацвели. Наблюдательные же любители цветов тотчас же обратили на них внимание и, пораженные их необычайной красотой и чудным запахом, пересадили их к себе в огород.

Тут они начали их культивировать, скрещивать и получили таким образом те дивные сорта, которые составили неиссякаемый предмет удовольствия и как культура, и как источник громадных доходов, который обогащает их с тех пор целые столетия.

Это было в 1734 году, т. е. почти через сто лет после тюльпана, как раз в то время, когда охватившая горячка к разведению этого цветка стала немного остывать и чувствовалась потребность в каком-нибудь другом, который бы мог отвлечь от этой страсти и, если возможно, заменить собою тюльпан. Таким-то цветком как раз и явился гиацинт.

Изящный по форме, красивый по окраске, превосходящий тюльпан еще своим чудным запахом, он вскоре сделался любимцем всех голландцев, и на его разведение и выведение новых его разновидностей и сортов стали тратить не меньше денег, чем на тюльпан. Особенно же эта страсть стала разгораться, когда удалось случайно вывести махровый гиацинт.

Получению этой интересной разновидности, как рассказывают, любители обязаны припадку подагры гаарлемского садовода Петра Ферельма. Известный этот садовод имел обыкновение срывать беспощадно с цветов всякий неправильно развившийся бутон, и такой участи подвергся бы, без сомнения, и безобразный бутон, появившийся на одном из особенно драгоценных видов гиацинта. К счастью, однако, Ферельм в это время заболел подагрой и, принужденный пролежать более недели в постели, не посещал своего сада. А тем временем бутон распустился и, к величайшему удивлению самого Ферельма и всех голландских садоводов, оказался никогда не виданною еще махровой формой гиацинта.

Такой случайности было достаточно, чтобы возбудить всеобщее любопытство и пробудить заглохшие было страсти. Смотреть на это чудо двинулись со всех концов Голландии, приезжали даже садоводы и из соседних стран; всем хотелось воочию убедиться в существовании такой невероятной формы и, если возможно, приобрести, чтобы иметь то, чего еще ни у кого не было.

Сорт этот Ферельм окрестил именем «Мария», но, к прискорбию, как этот экземпляр, так и следующие два махровых экземпляра у него погибли, и сохранился лишь четвертый, которому он дал название «Король Великобритании». От него-то и пошли все имеющиеся теперь махровые гиацинты, так что сорт этот считается в Голландии и поныне прародителем всех махровых гиацинтов.

Затем голландские садоводы стали обращать внимание на увеличение количества цветов в цветочной стрелке, на увеличение размеров самих цветов, на получение новой окраски...

Особенно же старания их были направлены на получение как можно более яркого желтого цвета, так как среди синих, малиновых и белых тонов, которыми отличались окраски этих цветов, цвет этот являлся большой редкостью.

Достижение триумфа в каком-нибудь из этих стремлений, получение каждого выдающегося сорта непременно сопровождалось празднеством. Счастливец-садовод приглашал к себе всех соседей окрестить новорожденного, и крестины сопровождались всегда богатой пирушкой, особенно, если новый сорт получал имя какого-нибудь знаменитого лица или царствующей особы.

Сколько могли стоить подобные новинки в это время — даже трудно и поверить, особенно, если принять во внимание сравнительно высокую в те времена ценность денег и дешевизну продовольственных продуктов. Заплатить 500 — 1.000 гульденов за луковицу нового сорта считалось даже очень обыкновенным, но бывали луковицы, как, например, ярко-желтый «Офир», за штуку которых платили 7.650 гульденов, или «Адмирал Лифкен», за который было заплачено 20.000 гульденов! И это тогда, когда воз сена стоил чуть не несколько копеек и на копейку в день можно было отлично прокормиться...

С тех пор прошло уже более двух столетий, и хотя голландские любители не платят теперь уже таких сумасшедших денег за новые сорта, гиацинт остается любимым их цветком. И до сих пор выдающиеся садоводческие фирмы устраивают ежегодно так называемые парадные поля, т. е. целые сады цветущих гиацинтов, расположенные в прикрытых сверху тентом помещениях. И массы народа стекаются туда, чтобы посмотреть и полюбоваться этими чудными цветами.

На такого рода выставках каждый садовод старается блеснуть совершенством своих культур, какой-нибудь оригинальной новинкой перед своими сотоварищами и интересующимися любителями и получить назначаемые большими садоводческими фирмами специальные премии.

Здесь, конечно, играет роль теперь уже не одно тщеславие, а и другая, более важная цель — коммерческая: зарекомендовать как перед голландской публикой, так и перед многочисленными иностранными клиентами превосходство своего товара и приобрести нового покупателя. И цель эта в большинстве случаев достигается. Благодаря такого рода выставкам многие незначительные фирмы выдвинулись вперед и сделались теперь первоклассными. Благодаря им с каждым годом все увеличивается и увеличивается и количество новых сортов. От бывших некогда 40 сортов число их в настоящее время возросло до 2.000, и не проходит года, чтобы не прибавилось еще несколько новых.

Из Голландии культура гиацинтов перешла прежде всего в Германию (Пруссию), а затем уже и во Францию. В Пруссии она начала главным развиваться вскоре после переселения из Франции изгнанных Нантским эдиктом гугенотов, которые вообще перенесли в Германию, и особенно в Берлин, вкус к красиво цветущим растениям, красивой обрезке деревьев и красивой планировке садов.

Но особой славы она достигла лишь во второй половине XVIII века, когда Давид Буше (потомок гугенотов) устроил в Берлине первую выставку гиацинтов. Выставленные им цветы так поразили своей красотой и пленили чудным запахом всех берлинских любителей цветоводства и вообще берлинскую публику, что многие занялись их культивированием с не меньшим рвением, чем в былые времена голландцы. Ими увлекались даже такие серьезные люди, как придворные капелланы Рейнгард и Шредер, которые с этого времени не только культивировали в огромном количестве эти цветы почти до самой своей смерти, но и вывели множество их разновидностей.

Несколько лет спустя возникла в Берлине, на Комендантской улице, возле гиацинтовых культур этого Буше даже особая, основанная его родственником, Петром Буше, знаменитая берлинская кофейня, куда собиралась вся знать и все богачи Берлина, чтобы попить кофе и полюбоваться гиацинтами. Посещение это вошло в такую моду, что у Буше неоднократно бывал и любовался его цветами сам король Фридрих-Вильгельм III.

Такое увлечение берлинской публики гиацинтами не замедлило породить массу конкурентов Буше среди других садоводов, и в 1830 году близ Шлезвигских ворот гиацинтовыми культурами покрылись целые поля. Достаточно сказать, что на них рассаживали ежегодно до 5.000.000 гиацинтовых луковиц.

Чтобы посмотреть эти цветущие поля гиацинтов, ежегодно в мае стекалось туда все население Берлина: и конные и пешие, и богатые и бедные. Это было что-то вроде мании, какое-то паломничество. Тысячи людей часами стояли вокруг этих полей и упивались красотой цветов и чудным их запахом. Не побывать на гиацинтовых полях и не увидеть их считалось непростительным... При этом за ближайшее рассмотрение цветов садоводы взимали немалую входную плату, а также немало выручали денег и за продажу букетов из срезанных гиацинтов, приобрести которые каждый мало-мальски зажиточный человек считал для себя обязательным.

Но все на свете преходяще. И столь славившиеся в начале сороковых годов эти гиацинтовые выставки и поля начали мало-помалу надоедать, все менее и менее привлекать публику и десять лет спустя совсем прекратились. Теперь от этих громадных полей остались одни лишь воспоминания (их площадь вся изрезана железною дорогою), и хотя на южной стороне Берлина кое-где и продолжают еще культивировать гиацинты, но о прежних миллионах луковиц и помину нет. В настоящее время самое большое, если под этими культурами занято несколько десятин, которые дают доход от 75 тысяч до 100.000 рублей.

Во Франции гиацинты были также очень любимы, но далеко не производили такого фурора, как в Голландии и Пруссии. Здесь они обратили на себя особое внимание, лишь когда ученые начали культивировать их в сосудах с водой без всякой примеси земли и когда в 1787 году маркиз Гонфлие на публичном заседании французского Общества земледелия ознакомил парижан с оригинальным опытом культуры гиацинта в воде — стеблем в воду, а корнями кверху. Вид такого гиацинта, распускающего свои прекрасные цветы в воде, поразил всех.

Известие об этом новом способе культуры не замедлило распространиться по всему Парижу, а затем и по всей Франции, и каждый хотел сам повторить этот опыт. Особенно же удивляло всех, что при таком развитии в воде листья вполне сохраняли свою величину, форму и окраску, а цветы хотя и получались несколько более бледными, но все-таки были вполне развиты.

С этих пор культура гиацинтов во Франции начала все более и более входить в моду. Особенно же славилась культура маленьких ранних гиацинтов, получивших название римских (Romaine).

Но прелестный этот цветок имел во Франции одно время очень печальное применение: им пользовались для одурения, доходившего до отравления, тех лиц, от которых почему-либо желали избавиться. Особенно это практиковалось с женщинами, и притом главным образом в XVIII столетии.

Обыкновенно предназначавшиеся для этих целей букет или корзина гиацинтов опрыскивались чем-нибудь таким ядовитым, что могло быть замаскировано сильным запахом этих цветов, или же цветы ставились в таком количестве в спальню или будуар, что сильный запах их производил у людей нервных страшное головокружение и причинял даже смерть.

Насколько последнее верно — трудно поручиться, но в мемуарах жившего во времена Наполеона I при французском дворе г-на Сам приводится случай, когда одна вышедшая по расчету за богатого человека аристократка уморила его, убирая ежедневно спальню массой цветущих гиацинтов. Подобный же случай приводится Фрейлигратом в его поэме «Месть цветов». Да и вообще, надо заметить, немало есть людей, которые не выносят одуряющего запаха этого цветка, чувствуют дурноту и даже падают в обморок.

Из новейших писателей мы встречаем гиацинт еще и у Эдгара По в его рассказе «Поместье Арнгейм», где он описывает целые поля цветущих гиацинтов.

P1000172(1).thumb.JPG.1583c9a38a82e0bc11a2dd940bf281c4.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

ЛИСТВЕННИЦА

Г. Проскурякова

 

Можно, наверное, сказать, что ноябрь — месяц без красок. Все деревья осыпались, а снег еще не лег. И стоят они, уныло-бесприютные, мотаются на ветру голые ветви, почерневшие от дождя, под ногами тоже все почернело и размокло, будто и не стлался здесь вчера золотым ковром осенний лист.

Но в теплую осень даже в ноябре еще можно видеть, как светятся желтизной деревья. К этому времени все лиственные облетели, и последняя память об ушедшем лете, о неистовой яркости осени — неярко догорающие чистой мягкой желтизной лиственницы. Кажется, будто луч солнца, невесть откуда взявшийся среди туч и непогоды, высветил эти деревья — только их одних. И стоят они так, пока вся желтизна не осыплется и не ляжет на короткий миг солнечным кольцом вокруг ствола.

Наши хвойные — вечнозеленые. И единственное среди них листопадное дерево — лиственница. Она осыпается на зиму, узкие плоские листья-хвоинки, у нее мягкие, нежные, и желтеет она, как лиственные деревья — оттого, верно, и назвали лиственницей.

Впрочем, сеянцы лиственницы сохраняют хвою в течение всего года. Если учесть, что в "детстве" деревья проявляют черты предковых форм, можно предположить, что листопадность лиственницы — качество вторичное. Вероятно, предками ее были вечнозеленые деревья, а способность сбрасывать листву осенью возникла как приспособление к суровому климату (с морозами до 60 гр.).

Как бы то ни было, но благодаря этому приспособлению именно лиственницы образуют северную границу лесов вообще, выходя далеко за пределы Северного полярного круга. Так известен лиственничник в урочище Ары-Мас (в переводе с долганского "лесной остров") — это самый северный лесной массив на земном шаре. Он протянулся на 25 километров по реке Новой (приток Хатанги) на полуострове Таймыр, за 72-м градусом северной широты. И даже наш полюс холода — Верхоянск, Оймякон — располагается в зоне лиственничных лесов. Так что можно принять, наверное, лиственницу за эталон морозостойкости дерева вообще.

Впрочем, лиственница распространена широко. Леса с лиственницей или полностью лиственничные занимают в нашей стране наибольшие площади — около 40 процентов всех лесных площадей. В азиатской части они протянулись с севера на юг от Арктики до степей и полупустынь Монголии. В европейской России растут в северо-восточной части, хотя встречаются эти деревья и южнее, в Костромской и даже Горьковской областях. В Сибири лиственница преобладает. Золотые лиственницы сторожат Байкал, раскинув сучья над потемневшей осенней водой; кривенькие, но яркие, как глаз светофора, они светятся в тундре у подножия Ключевской сопки — вулкана на Камчатке; золотой редкой стайкой взбираются по скалистой круче над Енисеем — где их только не увидишь!

В нашей стране известно несколько близких видов лиственницы, из которых хорошо различаются и имеют наибольшее значение три: европейская, сибирская и даурская. Европейская растет только в горах Европы, в том числе в Карпатах. Две другие — в азиатской части нашей страны, за небольшим исключением: сибирская лиственница выходит в европейскую Россию, занимая северо-восточный ее угол. Она же растет в Западной Сибири, а даурская — в Восточной. Лиственничные редколесья в Ары-Масе образует тоже даурская лиственница, представленная здесь особой формой (ее называют лиственницей Гмелина).

Такова ее география в природе. В культуре же лиственницы сажают, кажется, повсюду, кроме крайнего юга. У нас в культуре лиственница из- вестна еще с XVIII века. Уже более двухсот лет заповедной Линдуловской роще под Ленинградом, есть такие же старые посадки в Прибалтике. Лиственница, особенно сибирская, отлично растет в культуре — ствол поднимается до 40 метров в высоту, достигая метра в поперечнике.

Выяснилось, что дерево очень устойчиво к загрязнению городского воздуха транспортом и промышленными предприятиями — это открывает для нее новые и поистине безграничные перспективы. Но и прежде лиственницу широко разводили, потому что она быстро растет и красива. Красива необыкновенно, на свой лад, сочетая стройность и аромат хвойного дерева с мягкой лаской и многоцветьем лиственного. Лиственницы декоративны всегда, даже зимой, когда их ветви лишены хвои, но усеяны короткими побегами, будто бородавочками, и держат множество нарядных мелких шишек.

Лиственница хороша и весной. В конце апреля-мае, едва только брызнет зеленью, начинает она цвести. Женские шишечки (размером с ноготь мизинца), сложенные мягкими дымчато-малиновыми чешуйками, на солнце горят огнем. Как бы ни свисала ветвь, а шишечки, прилепившиеся к ней, всегда обращены вверх. В эту пору из мелких желтоватых мужских шишек начинает лететь пыльца — иной раз ее так много, что все вокруг покрыто густой желтой пылью. Деревья в лесу цветут с 30-35 лет, а те, что стоят свободно, — с 15-20.

Когда распускаются листья, воздух наполняется тончайшим ароматом. Они растут пучками по 20-30 штук вместе, выходя из вершины укороченного побега — тех самых "бородавочек", что так хорошо видны на ветвях зимой. Иногда отрастает и длинный побег — тогда хвоинки, сидя поодиночке, одевают его весь.

Семена в шишках созревают к осени, но обычно остаются в них до весны. Шишки некрупные, овальные, бочоночком или почти шариком. Плотно прижатые мягкие чешуи закрывают крылатые семена — они очень похожи на семена ели или сосны, только мельче. У зрелых шишек чешуи отгибаются, освобождая семена. Пустые шишки, однако, не сразу опадают; почерневшие, они еще несколько лет висят на ветвях. Урожайный год, как правило, бывает каждые пять лет, иногда чаще.

Лиственница крайне светолюбива. Сучья ее тонкие, редкие, хвоя жиденькая, и сама тени дает мало, и не переносит затенения, особенно в молодости. Поэтому лиственничный лес под старость становится редкостойным, и в нем разрастаются, естественно, травы или мхи, одевая почву сплошным ковром. Так лиственница сама себе вредит: она не может возобновляться там, где почва задернована, — семена ложатся не на почву, а на мох, да так и висят на нем, и даже проросший тоненький корешок никогда не дотянется до почвы... Однако оголившиеся места — обочины дорог, старые колеи, плешины в лесу — лиственница заселяет проворно. Быстро осваивает и пожарища, и если тайга часто горит, она скоро станет лиственничной.

Молоденькая лиственница растет быстро — быстрее всех хвойных! В первые три года она вырастает чуть выше метра, а начиная с трех-, четырехлетнего возраста дает ежегодно метровый прирост. Такой активный рост продолжается до 30-40 лет, а затем он постепенно ослабевает. Столетнее дерево достигает 20-30 метров и в триста лет бывает еще совершенно здоровым.

Ствол дерева обычно прямой и стройный; только у европейской лиственницы, которую можно увидеть в городских посадках, обычно наклонена вбок верхушка. Побеги, сучья распределены по стволу не столь правильно, как у ели или сосны и, кроме того, рано опадают, если дерево выросло в лесу. Это естественно: при большом светолюбии дерева ниже расположенным сучьям не хватает света, вот и остаются лишь те, что наверху. Из-за этого только у молодых деревьев пирамидальная крона донизу, позже она редеет.

Лиственница удивительно неприхотлива: она растет на вечной мерзлоте и на гипсах, и тогда корни ее распластаны горизонтально, пытаясь втиснуться в тонкий слой почвы, прикрывающий вечный лед или камень. Лиственница растет в тундре, в степи, в полупустыне, забирается в горы. В горах и в тундре, прижатая морозным ветром, принимает стелющуюся форму. Но лучше всего растет на питательных мощных почвах в условиях умеренно теплого климата. Здесь мощная, "колоколом" корневая система не только кормит, но и хорошо держит дерево — в бурю стволы чаще ломаются посередине, чем выворачиваются с корнем.

Древесина лиственницы не имеет равных. Она очень тяжела (сырые, только что срубленные деревья не годятся для сплава — тонут в воде), долговечна, прочна — в этом лиственница соперничает с дубом. Ее очень трудно обрабатывать. Зато все, построенное из лиственницы, стоит веками. В Древнем Риме из нее возводили амфитеатры в цирках — дерево соперничало в прочности и надежности с камнем. В Германии, Польше, других странах Европы постройки из лиственничных бревен стоят более пятисот лет.

Древесина лиственницы не гниет от сырости. В средние века владычица морей Венеция возводила дома на сваях из лиственницы. Правда, ныне город в аварийном состоянии, но ведь его здания простояли на этих сваях добрых полтысячи лет! Стойкость в воде использовали и русские корабельщики — лиственница считалась лучшим материалом в судостроении, а корабельными рощами называли поначалу именно лиственничники, или листвяги, как говорили в народе. И ныне лиственница идет на гидротехнические сооружения, подводные и мостовые брусья, на рудничную стойку и пр.

Древесина идет и на паркет — прочный, красивый, от природы красноватый, он не нуждается в окраске. Из смолы получают терпентин (его еще называют венецианским терпентином), который идет на пластыри и мази при ревматизме и подагре.

Во время Великой Отечественной войны в Сибири была очень популярна "сера" — ее жевали стар и млад. Светло-красноватая, легко распускающаяся в воде, чуть сладковатая и пахучая — она готовилась из смолистой камеди лиственницы, которую собирали на свежих пнях. Эта "сера" оказалась неплохим противоцинготным средством! Из древесины же получают целлюлозу, этиловый спирт, из коры — танины, из хвои — витамин С и клей. Кора еще и краситель (желтые, розовые и коричневые тона).

Ценность древесины лиственницы, известная с незапамятных времен, привела к значительному уменьшению запасов дерева в России. Из летописей XII века известно, что под Костромой в те поры стояли непроходимые леса из лиственницы и дуба. Где они теперь? При Петре I сильно сократились площади лиственничных лесов в России — строили флот, возводили фортификации.

Россия издавна экспортировала ценную древесину. Наибольшим спросом пользовалась сибирская лиственница из Архангельского края — ее древесина отличалась особой прочностью. Из документов известно, что еще во времена Ивана Грозного в этих местах велись выборочные рубки — выбирали старые, самые лучшие деревья. Продолжали их до 1917 года. Если бы не сложность транспортировки, все корабельные рощи здесь были бы истреблены; ныне же хоть и не рощи, но фрагменты насаждений с лиственницами 300-400-летнего возраста кое-где сохранились. На международном рынке семена лиственницы из Архангельского края пользуются особым спросом; ныне уже созданы культуры этой формы в некоторых странах Европы и в Канаде.

Традицию хищнического истребления этого прекрасного дерева с успехом продолжаем мы и сегодня. Только масштабы другие — мы намного превосходим своих предшественников! Бревна только что срубленных лиственниц спихивают в воду вместе с сосной, елкой. Зачем? Ведь они, недалеко отплыв, тонут. Дно скольких сибирских рек буквально вымощено лиственницей! До каких пор будет так?

P1030410.thumb.jpg.3e4c13f0e381e1c618ffc846ab0ed9fc.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

АКВИЛЕГИЯ

 

Всем известная аквилегия (водосбор) у разных народов имеет свои названия, которые связаны с фольклорными повествованиями, мифами и легендами. Так, американцы называют этот цветок голубкой Колумбиной, и считают его символом супружеской измены, а точнее - символом женской неверности. Поэтому дарить букет аквилегий женщине считается оскорблением. Аквилегия в средневековые времена в Норвегии считалась цветком-символом богини любви и плодородия Фрейи. В 17 веке цветок рассматривали в контексте любовного соблазна, домогательства, измены, и особенно неуместным было признано дарить аквилегии молодым девушкам. Известно, что несколько сотен лет назад семена аквилегий использовались для прерывания беременности. В средневековье цветы аквилегий преподносили только женщинам свободного нрава. Если водосбор был подарен мужчине - означало, что он «рогоносец».

Парадоксально, что аквилегии американцы одновременно называют голубками и орликами. Самое древнее название орликов, известное как коломбина, происходит от латинского columba - «голубь», было дано растению за некоторое сходство цветка с гнездом молодых голубей. Научное название Aquilegia происходит из-за сходства длинных рожков цветка - шпорцев с когтями орла, поэтому в составе слова усматривают корень Aquila, что называется «орел».

По другой интерпретации, родовое название аквилегия состоит из двух слов: aqua — вода и legere — собирать, и трактуется как водосбор. Такую интерпретацию дают систематики с воображением, усматривая в отогнутых от блюдца цветка шпор кувшинчики, в которые могла бы собираться вода. Однако цветки часто перевернуты рожками кверху, а отверстие в кувшинчик обращено горизонтально или вовсе перевернуто вниз. Поэтому многие спорят, что название водосбор является неточным. Но если внимательно наблюдать за растением, то можно увидеть, каким привлекательным оно является для разных видов насекомых-опылителей: благодаря легкому перекрестному опылению, посаженные в саду различные сорта аквилегий часто дают самосев с непредвиденными и непредсказуемыми окрасками венчиков. Такое интенсивное скрещивание цветка аквилегии происходит благодаря нектару, содержащемуся в рожках цветка-водосбора. Шпорцы-кувшинчики собирают внутри не дождевую воду, а сладкий нектар, манящий к себе насекомых. А некоторые пчелы даже умудряются прокусывать дно, и лакомиться, не участвуя в опылении.

Аквилегия голубого цвета вида Aquilegia coerulea является цветком-символом Американского штата Колорадо. На родине растения в Америке, где собраны самые красивые и многочисленные его виды, есть много разных легенд и поверий, связанных с этим цветком.

Есть у цветка еще несколько народных английских названий, это «дом встреч» (Митинг-Хаус) из-за большого количества шпорец, напоминающих собрание народа, «Трава Льва» или «чай льва» - произошло от поверья, будто львы едят траву аквилегии каждой весной, чтобы получить дополнительную силу. И хотя львы в Англии не водятся, аквилегию можно часто заметить на изображениях Святого Марка, символом которого является лев. А за распространение аквилегии по скалистым почвам ее называют горным колоколом. Австрийское название аквилегий «Пять птиц вместе» и вовсе дано по количеству лепестков у диких видов растения.

Аквилегию многие народы считают символом глупости, из-за сходства шпорцев с колпаком шута с бубенчиками. А в пантомиме цветок аквилегии символизирует возлюбленную Арлекина. Поэтому есть еще одно предубеждение, что дарить букет аквилегий женщине или мужчине - совершить большую глупость, а случайно одаренных аквилегиями ожидает невезение. Наверное, зная все смыслы и символы, присущие аквилегии, Шекспир вкладывал в сюжет «Гамлета» некоторый подтекст, в котором лишенная ума из-за предательства супруга Офелия собирает на лугу именно цветы аквилегии.

Цветок Коломбина имеет также и несколько религиозных коннотаций. В Христианстве аквилегия олицетворяет святой дух, а лепестки символизируют святые дары, кроме того, аквилегию называют цветком туфелек Девы Марии. В Древнем Риме аквилегию называли голубкой «Колумбина», а колумбарий (хранилище урн с прахом) - «голубятней». В кельтской (древне-германской) культуре аквилегия открывала двери в мир иной.

В древнегреческой и древнеримской культуре, по легендам, аквилегии служили (из-за намека эротического характера на шпоры цветка) Афродите (Венере) и куртизанкам. Из корня аквилегии добывали афродизиак и применяли для лечения импотенции. А женщинам легкого поведения для тех же целей рекомендовалось жевать семена цветков сиреневого оттенка.

 

(По материалам сайта http://www.lepestok.kharkov.ua/ )

P1050389.thumb.jpg.dd2a9301d001d5f8b82843c130b11c72.jpg

P1050388.thumb.jpg.481b662a07caf1f44775df7cffa61231.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

БЕГОНИЯ

Н. Верзилин.

(из книги "Путешествие с домашними растениями". 1951)

ДВАДЦАТЬ РАСТЕНИЙ ИЗ ОДНОГО ЛИСТА

 

 

У нас в Советском Союзе большое внимание уделяется украшению городов. Специальные цветоводческие тресты, совхозы и колхозы выводят, выращивают и размножают громадное количество декоративных растений для садов и комнат. Их много в Крыму, на Кавказе. Питомники красиво цветущих растений имеются около каждого города. Под Москвой их более двадцати. В Ростокинском районе в колхозе имени Сталина на восьми гектарах земли выращивается 4 500 тысяч растений. В десяти теплицах воспитывается более 25 тысяч комнатных растений. Среди них большой любовью колхозников пользуются бегонии рекс. Бегонии привлекают большое внимание и любителей комнатных растений. Всех интересует вопрос: откуда родом эти растения с большими красными листьями? Они происходят из тропических лесов острова Явы.

В тропическом лесу нет солнечных полянок, под пологом листвы громадных деревьев царит сумрак. Воздух насыщен влагой. Деревья пробиваются к свету, иначе им грозит гибель. Лианы, обвивая деревья, также прорываются к свету сквозь листву деревьев.

Вот как описывает этот лес на острове Яве русский ботаник путешественник А. И. Краснов.

«Фон листвы лесов представляет или бесконечные варианты глянцевитого кожистого листа фикуса, или нежно перистого листа мимозы. Но, очутившись под самой сенью леса, не только турист, но и самый опытный ботаник становится в положение деревенского мальчика, впервые попавшего в большой шумный столичный город. Не знаешь, куда смотреть: внизу на земле на уровне с головой, выше на стволах — везде масса растений, бесконечно разнообразных, одно причудливее другого.

Деревья не образуют, как у нас, общего свода. Над кустами, едва превышающими человеческий рост, возвышаются полудеревья; их кроны скрыты за деревьями роста наших лип; их покрывают деревья ещё более высокие, над которыми, как шатры, распростёрты ветви исполинов, уже совершенно невидимых через покровы этого четырехэтажного леса. О их присутствии вы узнаете только по валяющимся по земле ветвям… Понятно, что под четвёртым сводом — сырость и полумрак, как под сводами таинственного храма… Здесь вы не найдёте на земле цветов нежных и благоухающих или чарующих взор красотою венчика… Землю покрывают грубые листья по большей части тех растений, которые вы привыкли видеть в своих комнатах».

Как же могут жить маленькие растения, покрывающие влажную почву?

Вот, например, эти растения с большими тёмнокрасными листьями с белой каёмкой. Сорвём и рассмотрим один лист. Форма его напоминает сердце, как его обычно рисуют. Но один бок широкий, другой узкий. Лист — кососердцевидный, сверху весь в морщинках и выпуклостях.

Не только лист, но и длинный черешок как бы мохнатые.

Растению и так то трудно вбирать из почвы растворы солей, так как воду во влажной атмосфере нет возможности испарять, а тут и воздушное питание затруднено, так как в тропическом лесу нет яркого солнца. Да и листья у растения красные.

Ведь всякому пятикласснику известно, что растения питаются углекислым газом при наличии листовой зелени — хлорофилла.

Как же разгадать тайну жизни красных листьев растения, растущего в тропических лесах Ост Индии и островов Малайского архипелага? Есть ли в этих листьях хлорофилл?

Если опустить красный лист в стакан с кипятком, то вода окрасится в красный цвет, а лист станет изумруднозе леным. Значит, это растение питается нормально углекислым газом; но какую же роль играет красная маскировка?

Ранней весною, когда ещё холодно, мы у многих наших растений видим красную окраску побегов. Такая же окраска листьев появляется и осенью с понижением температуры воздуха. Вещество, окрашивающее растения в красный цвет, дополнительно улавливает зелёные лучи света и превращает их в тепловые, повышая тем самым температуру листьев.

Один учёный покрыл поверхность листьев легкоплавким маслом какао. На красных листьях масло скорее расплавлялось, так как они имеют температуру выше на 2, чем зелёные.

Большее нагревание листьев, чем окружающего воздуха, способствует испарению. Устьица — отверстия, через которые проходит воздух и пары воды, у этого растения находятся на нижней стороне листа.

Испарению способствует и увеличение поверхности листьев морщинками, выпуклостями и выростами в виде волосков. Волоски этого растения, если их рассмотреть в лупу или микроскоп, состоят из многих клеточек, приспособленных к испарению воды. Обычно волоски у других растений одноклеточные и защищают растение от яркого солнца, испарения и поедания животными.

Если лист смочить, то он становится весь мокрый, вода не скатывается каплями, как с листьев алоэ или агавы, а как бы растекается по атласной кожице. Выросты кожицы, имеющие вид тонких вытянутых сосочков, придают поверхности листа атласно бархатистый вид.

На верхней части листа ярко вырисовывается белый узор, обычно идущий каймой вдоль края листа или покрывающий весь лист белыми крапинками.

Этот узор выпуклый. Под верхней кожицей находятся воздушные полости. Они то и создают белый цвет в прозрачных, многогранных, преломляющих лучи света телах. Белые лепестки, если их сжать, становятся прозрачными. Кристаллы льда, снежинки, лежащие рыхло, белы, но стоит их сплющить между ладонями, — они превратятся в прозрачный лёд.

Так и на листе белая каёмка образуется клетками, наполненными воздухом. Воздух задерживает тепло в листе, а главное, выпуклые прозрачные клетки выполняют роль собирателей света. Они, как увеличительные стёклышки — линзы, собирают рассеянные лучи солнца и направляют их на лежащую под ними ярко зелёную хлорофилловую ткань. Они также способствуют и нагреванию листа.

Нужно сказать, что красная окраска листьев в зеленоватом сумраке тропического леса способствует поглощению дополнительных лучей света.

Это явление можно сравнить с поглощением зеленоватого света в глубинах моря красными, багряными водорослями.

На примере растения с красными листьями мы увидели сложную приспособленность организма к жизни в душной атмосфере тёмного тропического леса.

Всё растение не больше полуметра высоты. Оно такое же, как и у нас на окошке.

Это — царственная, или королевская бегония (бегония рекс — Begonia Rex), выращиваемая у нас из за красивых узорчатых листьев, размер которых достигает двадцати сантиметров длины.

Бегония имеет интересное русское название, свидетельствующее, что это растение было распространено в России ещё в 1812 году. Во время бегства французов из Москвы бегония была названа «ухом Наполеона». И действительно, по очертанию и с нижней красной стороны лист бегонии похож на большое отмороженное ухо.

Цветы у этих листовых бегоний мелкие, с четырьмя розовыми или белыми лепестками, из которых два — больших прямых и два — маленьких загнутых.

Бегония — однодомное растение. На одном растении можно найти цветы с тычинками и цветы с пестиками. Цветы некрасивые, и цветочные стрелки лучше удалять, так как у отцветших бегоний часто опадают листья.

Мелкие и некрасивые цветы королевской бегонии не радуют наш взгляд, и у себя на родине, в лесу, мало привлекают бабочек и других насекомых.

Цветы многих бегоний оказываются неопыленными, и из них не образуется семян. Бегонии должны были бы погибнуть, но они почти сплошным ковром покрывают многие места тропических лесов. Приглядимся. Вот опали красивые листья на влажную почву. Нежный лист не сохнет. Свежесть листа зависит от хорошей смачиваемости поверхности листа, а также и от наличия водоносной ткани в черешке листа (похожей на водоносную ткань суккулентов).

Из черешка, из трещинок в листе, вы видите, поднимаются маленькие растеньица с миниатюрными листочками, похожими на тот, из которого они вырастают.

Это какие то бегонии лилипутики. Можно насчитать 10, 15 и даже 20 растеньиц, выросших из одного листа.

Бегония размножается своими листьями, или, как говорят ботаники, вегетативным способом, то есть растущими частями растения.

В семействе бегониевых насчитывается более четырехсот видов, населяющих тропические леса.

Рядом с бегонией королевской нередко стоит совсем не похожее на неё растение, сплошь покрытое розовыми или красными цветками.

Листья — блестящие, зелёные, небольшие, чуть чуть только скошенные набок. Это «девичья краса», или бегония вечноцветущая (бегония семперфлоренс — Begonia semperflorens). При опылении её цветов получается плед — коробочка с мелкими семенами. Высеянные в феврале семена дают растения, в том же году зацветающие.

«Девичья краса» листьями не размножается, но черенки её легко образуют корни. Эта бегония быстро растёт и даже образует деревянистый стебель. Весной её обычно подрезают, чтобы она не вытягивалась в высоту. Родом она из Бразилии. «Девичью красу» любят и держат в комнатах за обильное, в течение всего лета и осени, цветение.

Есть кустовые бегонии, к которым относится бегония ме таллика с как бы пушистыми, мягкими зелёными листьями, покрытыми редкими белыми волосками. Эти листья напоминают плюшевые одеяла; эта бегония отличается высоким ростом стебля и более крупными цветами. Но самые крупные и красивые цветы — у клубневидных бегоний. Они дают шишковидные утолщения в виде клубней (как у картофеля). Клубневидные бегонии цветут весной и летом, а затем теряют листья.

До весны клубень в горшке сохраняют в прохладной комнате или в сухом подвале. Весною же клубни бегонии пересаживают, поливают и выставляют на светлое окно.

Клубневые бегонии дают самые крупные и даже махровые цветы. Родом они из лесов Боливии и Перу, где встречаются даже на высоких горах — Кордильерах.

У дикорастущих бегоний цветы меньше десяти сантиметров. Но эти размеры садоводам показались маленькими, и они в течение восьмидесяти лет добились увеличения их путём отбора и скрещивания. Селекционеру Вильморену удалось путём скрещивания двух диких видов бегоний получить гибрид, цветущий зимой. Этот сорт бегонии назван «глуар де Лоррен», то есть «слава Лоррена» (известного художника).

Современные сорта клубневых бегоний дают цветы в 20 (например, сорт «Эверест») и даже в 30 сантиметров в диаметре, то есть превышающие размеры цветов крупных хризантем и пеонов.

Садоводы, как спортсмены, ежегодно ставят мировые рекорды по красоте, форме, окраске (колеру), размерам и количеству цветов выводимых ими растений.

Новые сорта нельзя сравнить с «первобытными» бегониями. Они больше похожи на розы или камелии. Таких цветов в природе не было.

Это гибриды, их родители — бегонии из разных стран света, и родина их — оранжерея садовода. Эти цветы созданы искусством человека.

 

Ли Цинчжао

 

Ночь сегодня ненастной была,

Дождь и ветер стучали в окно.

И под шум их я крепко спала,

Только хмель не прошёл всё равно.

 

Шум шагов. Шорох шёлковых штор.

И разлился по комнате свет…

Я спросила: «С бегонией что?

Или за ночь осыпался цвет?

 

Неужели она –

Как была,

Неужели

Не отцвела?» -

«Нет. Но красного меньше на ней,

Она стала ещё зеленей».

P1050742.thumb.jpg.c4767d09494adc1a7f0f80ce78df81d4.jpg

P1050339.thumb.JPG.c0d153adff3e68c77adb7a112dc19104.JPG

P1050340.thumb.JPG.ddd4d1c890e25caec7c028d8ebe2a424.JPG

P1010247.thumb.JPG.b211e73ef87ae831fe866d75ff45af41.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

ЛЮПИН

Почти сто лет прошло с тех пор, как на садовых участках появилась новая многолетняя цветочная культура — люпин многолистный. В 1911 году британский любитель-селекционер Джордж Рассел создал принципиально новую декоративную группу люпинов с различной окраской соцветий, которая была названа затем его именем – «гибрид Рассела». Получена она была в результате свободного переопыления многолетних и однолетних видов. Сегодня гибриды Рассела завоевали большую популярность среди цветоводов-любителей и выращиваются в цветниках. ботаническое название этого растения происходит от латинского слова «Lupus», что означает «волк».

Согласно древним легендам, из люпина готовили специальное средство для превращения в волка. Народные же предания говорят о том, что это имя ему дали за способность выживать на любых землях при любых погодных условиях. Возможно потому, что корень люпина проникает в землю на глубину до одного метра, поэтому он хорошо переносит засуху. В природе существует около 300 однолетних и многолетних видов. Люпины относится к семейству бобовых, так как имеет многочисленные цветки характерного «мотылькового» типа, которые собраны в колосовидные соцветия высотой от 30 до 50 см.

Эти неприхотливые растения могут расти и на песчаных почвах, так как на корнях имеют азотофиксирующие клубеньковые бактерии. Поэтому люпины так же, как и большинство представителей семейства бобовых, являются естественным источником азотного удобрения в земле. благодаря большому разнообразию форм и окрасок гибриды Рассела можно широко использовать в озеленении и на срезку. Соцветия, срезанные ранним утром, сохраняют свою декоративность более10 дней. В цветниках люпины высаживают группами по отдельным окраскам или в смеси на фоне зеленого газона. С люпинами прекрасно сочетаются такие известные и всеми любимые многолетники, как ирисы, лилии, дельфиниумы, садовые ромашки, хосты и астильбы. В смешанных цветниках с этими культурами люпин занимает второе место, создавая фон цветнику, но зато в одиночных посадках — когда он солирует, выглядит удивительно прекрасно. Очень оригинальны композиции из срезанных люпинов. Но многие флористы жалуются, что люпины не стоят в композициях долго. Открою секрет, у них есть одна интересная особенность, внутри стебель люпина полый и эта полость достаточно большая. Если в неё налить воду и закрыть отверстие плотным, тампоном из ваты, то влага, во – первых, внутри цветка сохранится лучше, а во – вторых, через ватный тампон цветку будет легче впитывать влагу. Более того, такой способ увлажнения даёт возможность поставить цветок в вазу оригинальным способом – например вниз соцветием. Нижнюю часть стеблей, которые выглядывают из вазы, можно украсить жемчужинами или любыми другими красивыми бусинами. Композиция приобретает весьма экстравагантный вид. Никаких других цветов обычно в этих композициях не используют. Играют только с сочетанием расцветок самих люпинов, а здесь, как известно достаточно много вариантов. Этот способ аранжировки люпинов с удовольствием используют все флористы мира. Единственное условие для таких композиций – вы должны иметь просторную прозрачную вазу, чтобы поставленные таким образом цветы хорошо в ней просматривались. Кстати о вазах – сейчас во всём мире флористы предпочитают вазы из прозрачного стекла. Это даёт возможность показать свои аранжировки во всей своей красе, делая акценты на сами цветы, и не отвлекает глаз на пестроту вазы. Так же сейчас становиться популярным делать аранжировки в центре прозрачной вазы, т.е. за стеклом, придавая, таким образом композициям объём и некую загадочность.

 

Источник: http://www.irina-ivi.narod.ru

P1000667.thumb.JPG.1c4b740cdc60237c1602c793e85ff4d1.JPG

P1000675.thumb.JPG.d1098a8700df3c2d7a7e81ee9b432bb7.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

КАЛЕНДУЛА

Научное название календулы происходит от латинского слова calendae, обозначающего первый день каждого месяца. Можно предположить, что поводом для отождествления растения с началом нового цикла послужили его соцветия, которые во время цветения постоянно сменяют друг друга. Видовое название календулы – officinalis – связано с её лечебными свойствами (от лат. officina – «аптека»). Благодаря своеобразной форме плодов в народе календулу называют ноготками. В русском фольклоре сохранилось древнее сказание о происхождении этого названия. В нем повествуется о том, что водной бедной семье родился мальчик. Рос он больным и слабым, поэтому звали его не по имени, а просто Заморышем. Когда мальчик подрос, он познал секреты целебных растений и научился с помощью них лечить людей. Со всех окрестных деревень стали приходить к Заморышу больные. Однако нашёлся злой человек, который позавидовал славе лекаря и решил извести его. Как-то в праздничный день поднёс он Заморышу кубок вина с ядом. Тот выпил, а как почувствовал, что умирает, позвал людей и завещал закопать после смерти ноготок с его левой руки под окном отравителя. Выполнили его просьбу. Выросло на том месте лекарственное растение с золотыми цветками. В память о добром лекаре люди назвали этот цветок ноготками. Первые Христиане называли календулу «Золото Марии» и украшали ею статуи матери Спасителя. В древней Индии из календулы плели гирлянды и украшали ими статуи святых. Календулу называют иногда «невеста лета» из-за тенденции цветка поворачиваться за солнцем.

 

Взято здесь: http://www.floras.ru/forum/showthread.php?t=2655&page=3

P1000845.thumb.JPG.373f35df3ff5187e97d9831768829dc7.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

ПАПИРУС

Н. Верзилин.

(из книги "Путешествие с домашними растениями". 1951)

 

ПАПИРУС ДРЕВНЕГО ЕГИПТА

 

 

Я не могу без волнения смотреть на это растение с длинными голыми стеблями, на верхушке которых — густые мутовки тонких листьев.

Это растение переносит мои мысли не только в далёкие земли, но и в самые отдалённые времена.

У нас в Ленинграде, в Эрмитаже, бережно хранятся куски коричневых свитков со странными письменами, похожими на рисунки. Они найдены в Египте в древнейших могилах фараонов и знатных людей. В гробах-саркофагах всегда находили свитки странной "бумаги", перевязанные шнурками. Многие из этих свитков, некоторые длиною до сорока метров и шириною в один метр, пролежали свыше пяти тысяч лет.

Кто писал эти странные письмена на длинных свитках?

Писали в те далёкие времена писцы, которые пользовались большим почётом.

На жёлтых хрустящих свитках через тысячелетия дошли До нас красивые гимны, посвящённые солнцу, страшные сказки и рассказы.

Эти свитки сохранили и поучение учителя школьнику: « И ястреба нужно учить вить гнездо, и сокола приходится обучать полёту! Я сделаю из тебя человека, дрянной мальчишка, знай это». Египетские свитки с письменами называются папирусом.

В переводе с египетского языка папирус означает: «дар реки».

Папирус — это растение, росшее ещё в давние времена на болотистых берегах Нила.

Его разводили как культурное растение вблизи городов Мемфиса, Фив и других.

Сейчас папирус встречается только в верховьях Нила, на озере Чад и в бассейнах Нигера и Конго, то есть в тропиках Африки.

В местах, где растёт папирус, берега реки образуют темно-зеленые стены в три и даже пять метров высотой, тянущиеся непрерывно.

Зелёная стена состоит из прямых трехгранных стеблей толщиной с руку. На вершине такого стебля свешивается в стороны густой пучок или зонтик длинных и узких листьев. Иногда среди зелёных зонтиков с листьями появляется стебель с более высоким зонтиком соцветий в виде опахала серого цвета, состоящих из сложных колосков, в которых цветки прикрыты чешуйками.

Цветы с тремя тычинками, с одним трехраздельным пестиком напоминают цветы распространённого у нас на болоте растения — осоки, имеющей тоже трехгранный стебель.

Папирус и осока, оказывается, из одного семейства осоковых (Сурегасеае — циперацэе).

Плоды папируса, как у злаков, — зерновки. Интересны у папируса корни, которые частью плавают в воде, как подводный колеблющийся лес белых стеблей. Часть корней и толстое деревянистое корневище укореняются в болотистых берегах, укрепляя их и способствуя накоплению ила.

Корневища папируса, вкусом напоминающие миндаль, душисты и питательны. Египтяне ели их сырыми и поджаренными. Эти корневища являются главной пищей гиппопотамов, которые вместе с исчезновением папируса в низовьях Нила переселились в верховья его.

Трехгранные стебли папируса, как водного и болотного растения, имеют воздухоносные сосуды и крупные межклетники, наполненные воздухом. Они легки и не тонут в воде.

В древности стебли папируса связывали пучками и делали из них двухместные челноки для ловли рыбы и птиц. Ими конопатили крупные суда. Из стеблей же плели цыновки, корзины. Из коры делали сандалии, а из волокна — ткани, ценившиеся выше льняных.

Самое же главное — из растения папируса делали род бумаги, называемый: папирус.

Из срезанных стеблей папируса выделяли сердцевину, разделяя её на тонкие длинные полосы. Эти полосы укладывали тесными рядами на гладкую доску и смачивали водой. На первый ряд расстилали другой ряд, но уже поперёк. Скоблили, разглаживали, клали под пресс и высушивали на солнце. К полученной полосе подклеивали другие полосы и иногда для того, чтобы чернила лучше держались, окунали их в клейстер и опять высушивали. В результате такого труда получался плотный, слегка желтоватый папирус, в течение многих веков заменявший бумагу и сохранивший в таинственных письменах мысли и чувства людей, давным давно живших в Египте, Палестине, Греции и Риме.

Нам, живущим в северном городе в XX веке, кажется не таким уж далёким древний Египет. На берегу Невы «у нас под снегом сфинксы». Нетленные свитки древнего папируса бережно хранятся в Эрмитаже. На наших окнах — живой папирус с берегов Нила.

P1050681.thumb.JPG.fe76e25aab3a4a7327192e42ba8985be.JPG

P1050680.thumb.JPG.83f218ad04391019a74c126f947b0950.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

ВЬЮНОК ПОЛЕВОЙ

Если в самый разгар лета проехаться на пригородной электричке, иногда можно увидеть удивительную картину, созданную этим растением.

Самые неприхотливые и неэстетичные растения, пробивающиеся сквозь гравий железнодорожных насыпей вдруг оказываются опутаны ковром прекрасных белых цветов. Не слишком крупных, иногда чуть розоватых – словно маленькие жемчужины.

Трудно поверить, что эта красота может расти в таких, совершенно неприспособленных для жизни растений условиях. Создает ее вьюнок полевой. Такая жизнеспособность вьюнка позволяет ему занимать не последнее место среди самых злостных сорняков наших огородов.

Вьюнок полевой (Convolvulus arvensis) или березка, принадлежит к семейству вьюнковых. Корневая система вьюнка идеально приспособлена для жизни в самых неблагоприятных почвенных условиях. Его основной корень проникает на глубину 3 м, получая оттуда влагу и минеральные вещества. На глубине 25 – 40 см корень имеет боковые ответвления, поднимающиеся вверх и дающие новые побеги. Таким образом, удалить это растение из почвы чрезвычайно сложно.

Стебли растения вьющиеся, поднимаются на высоту 1 – 1,5 м, оплетая прямостоячие растения. Листья очередные, яйцевидно-эллиптические или продолговатые, расположены на черешках. Цвести вьюнок может все лето белыми или розовыми воронковидными цветками. Одно растение дает около 600 семян, прорастающих с глубины от 10 см, постепенно в течение сезона. Всхожесть семена сохраняют два – три года.

Помимо эстетической пользы, вьюнок имеет важные целебные свойства и с древних времен применялся в медицине.

Вьюнок – ядовитое растение, но в смеси с другими растениями не причиняет вреда и даже полезен при скармливании сельскохозяйственным животным. Кроме того, вьюнок – отличный медонос.

В корневищах и корнях вьюнка полевого содержатся смолы, дубильные вещества, в листьях – аскорбиновая кислота , витамин A флаваноиды, в семенах – алкалоиды и масла. Растение содержит гликозид конвольвулин, обладающий сильным слабительным действием.

Растение обладает так же желчегонным, мочегонным, и ранозаживляющим свойствами.

В народной медицине корни вьюнка применяют как слабительное средство, а также как седативное при неврозах, обезболивающее. Сок применяют наружно как анестезирующее при дерматитах и дерматомикозах, ранозаживляющее, противоопухолевое, противоартритное средство. В Средней Азии порошок из сока вьюнка применяют при укусах ядовитых змей и насекомых.

Настой, отвар надземной части применяют при женских болезнях – метроррагии, белях, висцероптозах; при хроническом бронхите, ларинготрахеите, острых респираторных заболеваниях; наружно – при дерматитах и дерматомикозах; местно – при ушибах, сыпях, нарывах, укусах насекомых, гнойничковых заболеваниях кожи.

Ввиду ядовитости растения при применении его нужно соблюдать осторожность.

 

Источник: http://sadudachis.ru/

P1000889.thumb.JPG.bcca16e688d2384a8466ca7f58834192.JPG

P1000888.thumb.JPG.8831fb8f61cbbb0a07a984a0e0b4b41e.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

ПОДОРОЖНИК

Подорожник большой (семижильник порезник, попутник, ранник, чирьевая трава) — Plantago major L. Сем. Подорожниковые — Plantaginaceae

 

Родовое название образовано от латинских слов planta - ступня и – двигать, так как прижатые к земле листья напоминают след ноги. В Древней Греции его называли «арноглосса» из-за того, что листья его похожи на овечий язык.

Русские названия «подорожник», «попутчик» связны с местообитанием его у дорог. Другая группа названий – «порезник», «ранник», «чирьевая трава» - даны растению за ярко выраженные ранозаживляющие свойства. По рассказам, эти свойства были открыты так. Однажды две змеи, расположившись на дороге, грелись на солнце. Вдруг из-за поворота выехала повозка. Одна змея успела уползти с дороги, другая задержалась и колесо переехало ее. Люди, сидевшие в повозке, увидели, как первая змея, оставшаяся невредимой, уползла, но вскоре возвратилась с листом подорожника, которым и исцелила пострадавшую. Этот случай будто бы натолкнул людей на мысль использовать растение для заживления ран. Так это было или нет, но применение подорожника в медицине известно не менее 2 тыс. лет. Употребляли его Гиппократ и Гален. Диоскорид называл его многореберным или семиреберным (по количеству жилок). Авиценна считал, что «он чрезвычайно хорош для язв… Листья его вяжут... Они препятствуют кровотечению, а будучи высушены, способствуют заживлению застарелых и свежих язв, и при язвах нет ничего лучше этого». И еще интересная рекомендация: «Когда варят чечевичную похлебку и кладут туда подорожник вместо свеклы, такая похлебка полезна от водянки».

В средние века его применяли при заболеваниях легких, желудка, различного рода кровотечениях, опухолях, заболеваниях уха и глаз, как противолихорадочное средство.

 

Три его корня возьми, растерев, и смешай вместе с ними

Три киафа вина и воды в одинаковой мере;

Все это следует пить лихорадкой больному до дрожи,

Так лихорадку изгонишь, что носит названье трехдневной, — записано в поэме «О свойствах трав».

 

В народной медицине он применяется в виде свежеистолченной массы при длительно незаживающих ранах и язвах. Такую же массу используют при укусах пчел, ос и даже змей. Она оказывает не только болеутоляющее действие, но и предупреждает появление отека. Употребляют его и при заболеваниях верхних дыхательных путей. Семена подорожника большого используют в качестве безвредного слабительного средства.

В научной медицине используются трава и листья подорожника при заболеваниях желудочно-кишечного тракта, гастритах и язвенной болезни с пониженной кислотностью желудочного сока. Применяют настой, приготовленный в концентрации 1:20 или 1:10. Принимают по одной столовой ложке 3 раза в день в течение месяца. Свежий сок листьев обладает бактериостатическим действием и может применяться в качестве ранозаживляющего средства.

Подорожник большой — травянистый многолетник с мочковатой корневой системой и розеткой крупных темно-зеленых листьев. Листья продолговато-яйцевидные, с цельным либо редко- и крупнозубчатым краем, имеют несколько дугообразных очень прочных жилок — сосудов. Благодаря этим жилкам листья подорожника не ломаются и успешно противостоят вытаптыванию. При отрывании листа они остаются на обрыве в виде тонких спиралей. К началу лета из середины листовой розетки приподнимаются несколько цветочных стрелок высотой 20—30 см. Они заканчиваются соцветием колос, состоящим из невзрачных буроватых четырехчленных цветков. Плоды - коробочки с большим количеством (5—34) мелких бурых семян. Одно растение способно дать до 60 тыс. семян. Наружный слой оболочки у них слизистый, при попадании воды они сильно ослизняются, становятся клейкими. Прилипая к обуви человека, к копытам, лапам животных, переносятся на далекие расстояния. Полагают, что таким образом подорожник попал в Америку. Прилипнув к обуви первых переселенцев, копытам лошадей, его семена переправились через океан и двинулись в глубь материка. Везде, где поселялись белые люди, вскоре вслед за ними появлялся подорожник. Индейцами он был назван «следом ноги белого человека». Сейчас он встречается повсюду, за исключением Крайнего Севера. Он появился даже на островах Антарктиды, где его разносят пингвины. Способом распространения и объясняется его приверженность к дорогам: он расселяется по путям интенсивного передвижения людей, транспорта, животных. Приспособился и к вытаптыванию. Даже загадка на этот счет придумана: «Лег пластом у дороги, разметал руки, ноги. Его бьют сапогом, его бьют колесом, ему все нипочем, хоть ударь кирпичом». Интересно, что листья его накапливают меньше токсических веществ, чем другие растения, живущие вдоль оживленных автотрасс.

Листья подорожника имеют богатый химический состав. В них содержатся гликозид аукубин, холин, витамин К, каротин, дубильные вещества, полисахариды.

Молодые листья используются весной в салатах как витаминная зелень. На Дальнем Востоке и на Кавказе из них делают супы.

 

Публикуется по книге: Кузнецова М.А., Резникова А.С. «Сказания о лекарственных растениях».

P1070261.thumb.JPG.28c65fb2fe31ca501fdef144e1f08d6d.JPG

P1070259.thumb.JPG.d2836f694698f5fd6c0ad09c66e28b11.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

РОМАШКА

Все мы когда-нибудь гадали на ромашке, отрывая по одному лепестку и приговаривая: «любит — не любит». Но мало кто задумывался, откуда пошла эта традиция, и почему гадать принято именно на ромашке? Легенда об этом цветке как раз это и объясняет.

Много лет назад в одной далекой деревушке жила одна милая девушка. У нее были светло русые волосы, голубые глаза, а ее кожа будто излучала перламутровое сияние. Эта девушка была безумно влюблена в парня по имени Роман из соседней деревни. Ее чувства были ответны, и молодые люди практически не расставались. Они каждый день гуляли по лесам, собирали ягоды, грибы, цветы. Им даже казалось, что такая большая и чистая любовь превознесла их над остальными смертными.

Однажды Роману приснился сон, будто старец в какой-то неведомой стране преподносит ему доселе невиданный цветок — с ярко желтой сердцевиной и белыми вытянутыми лепестками вокруг. Когда Роман пробудился ото сна, то увидел, что на его кровати действительно лежит этот цветок. Он ему настолько понравился, что он сразу подарил его своей возлюбленной. Девушка была в восторге от столь необычного подарка и решила назвать его ласковым именем Романа — Ромашка. Она никогда раньше не видела такого простого и в то же время нежного цветка. Девушке стало грустно оттого, что не все влюбленные могут наслаждаться красотой ромашки, и она попросила Романа посетить страну снов и собрать целый букет этих удивительных цветов. На следующий день Роман отправился в путь, он несколько лет бродил по просторам Земли и, наконец, на краю света, отыскал царство сновидений. Его правитель согласился подарить смертным поле ромашек, только если Роман навсегда останется в его владениях. Юноша был готов на все ради своей любимой, и он остался в стране снов. Навсегда. Девушка несколько лет ждала возвращения Романа, но он все не стучал в ее дверь. И, когда однажды утром, она увидела ромашковое поле у своего дома, то поняла, что ее любовь жива, но уже никогда не будет с ней… Так люди получили ромашку, которую так почитают все влюбленные.

 

Источник: http://www.floras.ru/forum/showthread.php?t=2655&page=2

P1050716.thumb.JPG.5b52272e61648a77dccb0490e2c10d3d.JPG

P1050719.thumb.JPG.5e20333db93d08db09d7dc089d063f1f.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

ВИШНЯ

Вишня как культурное растение была известна еще в глубокой древности. Греческий мыслитель и ботаник Теофраст описал «Церазус» (вишня и черешня). Видимо, к этому периоду принадлежит и начальный процесс облагораживания вишни путем прививки. Уже римский писатель Варрон (116—1127 гг. до н. э.) подробно описал в своем руководстве по земледелию методы прививки вишни.

Родина вишни — Малая Азия и Кавказ. При весьма любопытных обстоятельствах вишня попала в Европу. По свидетельству Плиния Старшего, римский полководец Лукулл после блестящих побед, одержанных над царем Митридатом, вывез с собой из цераза Понтнйского, то есть из Крыма и прилегающих районов Черноморского побережья Кавказа, целое вишневое дерево с плодами, которое несли веред ним воины как драгоценный трофей во время триумфального въезда полководца в Рим.

В России вишня культивируется с давних времен. В районах бывшей Владимирской губернии вишня давно пользуется заслуженной славой, но первые точные сведения о Владимирской вишне относятся к 1657 г. Этот старинный, зимостойкий сорт вишни сегодня по вкусу превосходит все другие сорта.

Чем полезны плоды вишни и черешни?

Пожалуй, нет человека, кто не любовался вишней весной, в пору цветения, когда деревья стоят в своем ослепительно белом наряде. Недаром народ сложил много весен про вишневые сады, украшающие землю. Не отстают в выражении своей любви к этому дереву и наши поэты. Но не только красота вишневого цветения радует человека.

Вкусна и полезна вишня! В старину даже сложили поговорку: «Сладко вишенье, да барско кушанье». Вишневое варенье — одно из самых вкусных, вишневый сок — целебный и приятный напиток, вишневые компоты и кисели — деликатес.

Вишня, как и другие плоды, весьма полезна. Много в ней легкоусвояемых Сахаров, пектиновых веществ, каротина, витамина С и других. Минеральный состав вишен также богат и разнообразен — это соли калия, железа, меди, кобальта.

По содержанию пектиновых веществ она занимает второе место после апельсинов. Пектиновые вещества обладают разносторонним действием на организм человека. Они способствуют жизнедеятельности полезных бактерий кишечника, принимающих участие в синтезе витаминов, а также освобождают организм от вредных продуктов обмена и избытка холестерина. Вот почему вишня так полезна при ожирении, атеросклерозе, а также при различных воспалительных заболеваниях желудочно-кишечного тракта.

Наличие в ягодах вишни и черешни солей железа, фолиевой кислоты, меди (особенно ими богата красная вишня) позволяет отнести их к важным пищевым средствам профилактики малокровия. А малокровием чаще всего страдают дети, особенно раннего возраста.

Плоды вишни снимают с плодоножкой, обрезая ее на одну треть ножницами, а если они предназначены для переработки (варенье, компоты, кисели и т. п.), то срывают без плодоножки.

Листья вишни и даже мелкие веточки также идут в дело. Их используют как суррогат чая, кладут в соленья и маринады.

Цветущая вишня — прекрасный медонос: выделяет много нектара и богата пыльцой.

Черешня — близкая родственница вишни. Оба растения, принадлежат к одному и тому же роду, но относятся они к разным видам. По химическому составу плоды черешни, исключая кислотность, в основном мало отличаются от плодов вишни. Впрочем, в древние времена, затем и в средние века до эпохи Возрождения исследователи не делали никаких различий между черешней, и вишней, называя первую сладкой, а вторую кислой вишней. И в наши дни в странах, где говорят на английском языке, вишню называют кислой, а черешню — сладкой вишней.

Все же биологически черешня во многом отличается от вишни. Черешня, хотя и похожа на вишню, но лучше прижилась она на юге. Поэтому считается южной плодовой косточковой культурой. В северных широтах распространена преимущественно в садах любителей.

 

Взято с сайта http://cherry.biz.ua/

P1070782.thumb.jpg.68f90c72bc0924230bd441c5737f7c3c.jpg

P1000514.thumb.JPG.615fd899efcc485c089113abc7842c52.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

ПИОН

(Из книги Н. Ф. Золотницкого "Цветы в легендах и преданиях")

 

Увлечение китайцев, эмблема

«пламенной любви» — ПИОН

 

Чудный сад старого Хо-Чи

Награда за любовь к цветам

Дух пиона

Избрание богиней Флорой себе заместительницы

Прелестные разновидности

 

Пион представляет собой как по красоте своего замечательно крупного, ярко окрашенного цветка, так и по красоте своих изящных вырезных листьев одно из самых красивых наших садовых растений.

В былые времена, когда в наших богатых помещичьих усадьбах обращали особое внимание на отделку цветников в парках, пион был одним из главных их украшений и, зимуя в грунте без покрытия в продолжение долгих лет, становился как бы своим родным, туземным растением, достигал необычайно крупных размеров и обильно покрывался роскошнейшими цветами.

Теперь в полной красе и силе пионы встречаются очень редко, разве что в ботанических садах или каких-либо придворных парках, а в садах любителей попадаются уже больше молодые, еще не вполне достигшие развития экземпляры.

Под Москвой особенно красивая коллекция пионов хорошо сохранилась в парке Сельскохозяйственного института в Петровском-Разумовском, где во время цветения их (в средине июня или начале июля) засаженная ярко-малиновыми, нежно-розовыми, белыми и палевыми пионами лужайка представляет поистине неподражаемую картину.

Научное свое название «paeonia», по одним сведениям, цветок этот получил от фракийской местности Пеонии, где один из его видов рос в древности в диком состоянии. По словам же Плиния, он получил его от имени ученика древнегреческого врача Эскулапа Пеона, который производил при его помощи удивительные исцеления и излечил им даже бога ада Плутона от нанесенной ему Геркулесом раны. «Но добыть это растение, — прибавляет Плиний, — было нелегко. Его тщательно оберегал пестрый дятел, который старался выклевать глаза всякому, кто только пытался его сорвать». А потому за ним ходили не иначе как ночью, когда дятел спал.

Греческое же сказание добавляет, что Пеон получил чудесно излечившее Плутона растение с горы Олимпа, из рук матери Аполлона, и что это исцеление возбудило такую зависть в Эскулапе, что он приказал было тайно умертвить Пеона, но что Плутон, в благодарность за оказанную ему помощь, не дал ему погибнуть, а превратил его в пион, который с тех пор и стал носить его имя.

Сверх того, за оказанное Пеоном богам во время Троянской войны исцеление и все искусные врачи стали носить с той поры название Пеоний Paeonii), а все отличавшиеся высокими целебными силами травы — травами пеоний — Paeoniae herbae.

Вообще в древности это растение славилось своими чудодейственными свойствами и считалось одним из чудес творения. Говорили даже, что злые духи исчезают из тех мест, где растет пион, и что даже небольших кусочков его, надетых на нить, обвязанную вокруг шеи, достаточно, чтобы защититься от всякого рода дьявольских наваждений.

Но нигде на свете этот прелестный цветок не пользовался и не пользуется до наших дней такой любовью и таким почетом, как в Небесной империи.

Здесь он культивируется уже более 1.500 лет и является таким же излюбленным народным цветком, как хризантема у японцев и роза у европейцев. Здесь увлекаются им одинаково и богатый и бедный, и знатный мандарин и простой крестьянин. Галантный китаец, желая доставить особенное удовольствие молодой девушке, подносит ей пион; жених, желая выразить свою любовь невесте, дарит ей пион; причем, если она его принимает, то тем самым без слов выражает ему согласие на его предложение.

Но сверх того, и самая культура и разведение пионов считаются в Китае занятием благочестивым, покровительствуемым богами, а потому китайцы увлекаются им не менее, чем голландцы культурой своих тюльпанов и гиацинтов, и нередко здесь можно встретить целые сады, засаженные только одними пионами самых разнообразных видов и сортов.

По этой же причине и о происхождении самого цветка сложилось здесь немало разного рода интересных поэтических сказаний, из которых особенно часто рассказывается следующее:

«Жил-был некогда один страстный любитель пионов, некий Хо-Чи. Каких только пионов он ни разводил! Были у него белые, как лебеди, и бланжевые, как солнечный заход, темно- и светло-розовые, ярко- и темно-малиновые; были с гладкими лепестками и с завитыми, душистые и не пахучие... И любовался он ими с утра до вечера и с вечера до утра. Когда цвели его пионы, то сад его становился так прекрасен, что ему мог бы позавидовать сам император.

Но вот однажды проходил мимо сада Чанг-Эй, сын одного знатного мандарина, со своими товарищами, большой грубиян и шалопай. Увидев пионы, он бросился на них с палкой и начал их сшибать и топтать ногами. Старик Хо-Чи плакал, умоляя его оставить цветы в покое, но шалопай не слушал и продолжал ломать их и калечить. Тогда, выйдя наконец из терпения, старик собрал все свои силы, напал в свою очередь на него и, больно исколотив, выгнал из сада.

Исправить, однако, попорченное было уже трудно: цветы были побиты, потоптаны, растения поломаны. Оставалось только ждать, чтобы само время поправило их. И старик сидел и заливался горькими слезами.

Как вдруг откуда ни возьмись появилась прелестная молодая девушка. Она подошла к нему и спросила: «О чем, старичок, ты так горько плачешь? Не плачь, предки мои оставили мне дар оживлять все умершее, принеси мне только немного воды».

Обрадованный старик бросился было за водой, но дорогой, усомнившись, обернулся. И — о чудо! — девушка уже исчезла, но все цветы его ожили и сделались даже во сто раз прекраснее: простые превратились в махровые, одноцветные — в пестрые. На одном кусте были цветы всевозможных сортов, и краски их поражали ни с чем не сравнимой яркостью.

Слух о таком чуде не замедлил распространиться по всей стране, и отовсюду стал стекаться к старику народ, чтобы полюбоваться его так чудесно воскресшими цветами... Но избитый стариком Чанг-Эй, раздосадованный такой удачей, не мог простить нанесенного ему оскорбления и решил во что бы то ни стало отомстить. И вот он оклеветал Хо-Чи и обвинил его в чародействе. Старика схватили, бросили в тюрьму, приговорили к смертной казни и назначили даже день ее исполнения.

А тем временем Чанг-Эй, напившись пьян, отправился опять со своими товарищами в сад старика и принялся было снова топтать и ломать его чудные цветы. Но тут вдруг поднялся сильный ветер; при его порывах все пионы приподнялись и превратились в прелестных молодых девушек, одетых в столь же блестящие платья, как лепестки самых красивых из цветков, и одна из них, обратившись к своим подругам, сказала: «Мы все сестры цветов. Враги так усердно ухаживающего за своими пионами Хо-Чи — наши враги. Соберем силы и вступим с ними в борьбу!»

Тут широкие рукава их платьев замахали, сами платья заколыхались и заколебались, и разразился такой страшный ураган, что небо. сделалось черно, как чернила, и яркий день превратился в самую глубокую ночь. Подхваченные ветром товарищи Чанг-Эя ударялись о стволы деревьев, их кололи колючки, шипы и с такой силой хлестали сучья и ветви, что они остались еле живы, а сам Чанг-Эй, подброшенный на громадную высоту, упав в ров с навозом, так сильно расшибся, ударившись о землю, что тут же испустил дух.

Узнав обо всем происшедшем, верховный судья пришел в страшный испуг; он отменил тотчас же смертную казнь, простил старика и отдал строгий приказ: «не сметь никогда дотрагиваться ни до одного из цветков в его саду».

А Хо-Чи продолжал мирно жить, ухаживая за своими цветами и благословляя память спасшей его от смерти и воскресившей его цветы чудной богини. Волосы его из седых сделались опять черными, морщины исчезли, а лицо его стало свежо и молодо, как в отдаленные дни его юности. Во всем чувствовалось влияние его чудесной покровительницы, и он блаженствовал...

И вот однажды, когда он любовался только что распустившимся дивным пионом, вдруг повеяло теплым нежным ветерком, по всему саду распространилось чудное благоухание, и раздались дивные, никогда не слыханные им божественные звуки... Подняв глаза, Хо-Чи увидел свою молодую богиню, которой предшествовали непорочные белые аисты и лазоревого цвета феникс, опускающийся на розовом облаке. «Хо-Чи, — сказала она ему, — ты достиг полного совершенства. Творец вселенной, желая наградить твою беспредельную любовь к цветам, зовет тебя в свои небесные сады, следуй за мной!..»

Хо-Чи вступил на облако и вознесся медленно на небо. А за ним поднялись его хижина и окружавшие ее деревья, цветы, пионы и все, что он любил. И с облака раздался голос:

«Тот, кто любит цветы и охраняет их, увеличивает свое счастье и получит блаженство. А тот, кто обходится с ними дурно и уничтожает их, будет несчастен и подвергнется самым строгим наказаниям!»

Затем облако исчезло среди других облаков, и в воздухе почувствовалось как бы дуновение легкого зефира.

И с этих пор селение, где жил Хо-Чи, стало называться селением праведника, вознесшегося живым на небо, а место, где был его сад, — садом «ста цветов».

Не менее поэтичное сказание сложилось там еще и о «духе пиона».

«Жил некогда, — говорит это сказание, — в одном из отдаленных городов Небесной империи один молодой ученый, который посвящал себя всего изучению культуры пионов.

Живя в одиночестве, только среди своих книг и пионов, он был однажды крайне обрадован посещением одной молодой красивой девушки, которая без всяких приглашений появилась у него на пороге дома и просила дать ей какое-нибудь занятие.

Согласившись с удовольствием на ее просьбу, он со временем был приятно удивлен тем, что она стала для него не только прекрасной служанкой и помощницей по уходу за его пионами, но и отличным товарищем.

Оказалось, что она получила замечательное воспитание, знакома с придворным этикетом, писала, как ученый, была поэтом, живописцем и стала для него верным другом.

Отнесшись сначала к ней лишь с снисхождением, молодой ученый вскоре был положительно пленен как ее грацией, красотой, так и ее познаниями. Она сделалась для него существом необходимым.

Все шло отлично. Молодые люди, видимо, увлеклись друг другом. Она слушалась его во всем беспрекословно, исполняла все его малейшие желания; он любовался ею, даже более того — любил ее.

Но вдруг случилось нечто необычное. Желая, по-видимому, сделать ее своей женой, молодой ученый пригласил к себе жреца и сообщил ей о предстоящем посещении.

Известие это, однако, вместо того, чтобы обрадовать, произвело на нее какое-то удручающее впечатление, и она вдруг куда-то исчезла.

Напрасно звал ее ученый, она не откликалась более на его зов.

Тогда, встревоженный, огорченный, он бросился ее искать и, проходя по одной темной галерее дома, вдруг заметил ее, проскользнувшую, как тень. Он за ней — она от него.

Наконец нагнал ее, но в тот момент, когда хотел схватить, она вся как-то съежилась, сплющилась у стены и исчезла в ней, так что стала походить скорей на какой-то рисунок на поверхности стены, и лишь губы ее продолжали двигаться.

— Я вам не отвечала, — шептала эта тень, — когда вы меня звали, потому что я не человеческое существо: я дух пиона. Ваша любовь согревала меня, поддерживала во мне человеческую форму, и для меня было радостью, наслаждением служить вам.

А теперь, когда придет жрец, он осудит вашу любовь ко мне, и потому я не могу более принять свой прежний облик. Я должна возвратиться к цветам. Прощайте, благодарю вас за ваше расположение, благодарю за счастье, которое вы мне дали.

Ученый стоял ошеломленный.

Как ни убеждал он ее, как ни умолял, после этих слов изображение дивной девушки все глубже и глубже погружалось в стену. Краски рисунка, который она теперь собой представляла, становились все бледнее, бледнее и наконец исчезли совсем, не оставив ни малейшего следа...

С этого дня ученому ничто не стало мило на свете. Он забросил свои книги, науку, и только лишь воспоминание при взгляде на пионы о чудном, согревавшем так недолго его жизнь существе, лишь дума о том, что, может быть, в каком-нибудь из них незабвенная девушка и теперь находится, поддерживала его, являлась единственным его утешением в жизни. Любуясь их красотой, он любовался ею, вдыхая их чудный аромат - чувствовал как бы ее близость...»

Не меньшим почетом пользуется пион и у армян — он считается цветком, отгоняющим бесов и исцеляющим бесноватых.

Мнение это сложилось у них на основании предания, будто теща Моисея, которую тревожили бесы, отправилась по совету своего зятя на гору, и там Господь указал ей на пион как на изгоняющее бесов растение.

Вследствие этого, по словам французского фольклориста Роллана, и выкапывание из земли пиона производится у них с особого рода торжественностью. Его не просто вырывают из земли, а за ним отправляется священник с крестом и св. Евангелием и, обращаясь к нему, сначала говорит: «Приветствую тебя, трава», а затем читает над ним пять псалмов и прибавляет: «Благословен Бог, даровавший ради праведного Моисея этому растению целебную силу против всех болезней. Молим Тебя, Господи, дай и нашему растению ту же власть против бесов и болезней».

Такой же славой целительного средства пользовался пион и в Европе в средние века. Тогда его прикладывали к сердцу против удушья и подагры. Да и теперь еще в Швейцарии, в кантоне Аар, его надевают детям от судорог в виде венка из 77 листьев; а если при этом у них прорезаются зубы, то делают из его плодов ожерелье и надевают его на шею. Плоды эти слывут у них за орехи ведьм. При этом сильнее всего действие пиона считается, если его выкапывают из земли в марте и, сверх того, в сумерках.

Кроме того, в Португалии и Дании пиону приписывают способность исцелять также от падучей болезни, которую, как известно, простонародье считает родом беснованья.

Для этого из плодов его делают ожерелье и заставляют носить его на шее в продолжение 40 дней. Для большей же действенности толкут еще ежедневно по одному его плоду и, сделав из него порошок, дают принимать больному вместе с водой. В некоторых местностях Франции такое ожерелье носит название четок св. Гертруды и считается только тогда целебным, когда плоды пиона смочены святой водой и нанизаны на красную нить иглой, которая еще не была в употреблении.

На языке цветов восточных народов пион обозначает обыкновенно «стыдливость и застенчивость», откуда сложилось, вероятно, и немецкое выражение, когда молодая девушка сконфузилась или покраснела: «она вспыхнула, как пион». Но, с другой стороны, пион служит символом неуклюжести и глупой гордости, о чем у Мантегацца мы находим такую сказку:

«Однажды богиня Флора получила от отца богов Юпитера очень щекотливое, но чрезвычайно важное поручение: отправиться на планету Венеру и усмирить вспыхнувшее там среди цветов восстание. Но, отправляясь в столь дальнее и продолжительное путешествие, она не могла на время своего отсутствия оставить земные цветы без управителя и потому, сойдя с неба, созвала цветы и предложила им выбрать из своей среды временную ей заместительницу или заместителя. На обсуждение этого вопроса она дала 48 часов, по прошествии которых приказала снова собраться и решить выбор голосованием.

Цветы согласились и разбрелись по лесам, долам и горам беседовать о том, кого бы избрать.

Прошло два дня, и, верная своему слову, Флора, усевшись на поросший бархатистым изумрудным мхом пень, стала поджидать, пока соберутся цветы со всей земли.

И вот потянулись дети Флоры отовсюду: из неприступных бездн, из глубоких долин, из дремучих лесов, с гор, из рек, ручьев, озер и морей, одевшись в свои самые свежие, изящные листья и разукрасившись своими самыми красивыми, душистыми цветами. Никогда еще не было столь многочисленного собрания, никогда еще Флоре не приходилось видеть такой чудной картины. Первый раз она видела своих прелестных подданных в полном сборе.

Вскоре все собрались, недоставало одной только розы — той самой, которая с полным правом должна была быть избрана заместительницей богини Флоры.

Все молчали и терпеливо ждали, лишь глупый пион, уверенный в своих достоинствах, мечтал уже о том, что в отсутствие розы он, без сомнения, будет избран в правители.

Наконец появилась чудная, дивная, ни с чем не сравнимая красавица-роза, и все цветы невольно притихли, пораженные ее величием и красотой. Но пион глядел на нее вызывающе. Его налившиеся, как кровью, красные лепестки пыжились, и, надуваясь изо всей мочи, он старался перещеголять ее своей величиной.

Такая дерзость поразила всех. Все цветы переглядывались удивленно между собой, а сама Флора смотрела на него с едкой усмешкой. Но, не обращая ни на кого внимания, разгоревшись, как огонь, пион самодовольно продолжал смотреть на розу с презрением, на остальные цветы — с гордостью, а на Флору — с выражением твердой уверенности в своей победе...

Наконец наступил момент выборов. Все цветы, как один, подали голос за розу, и остался лишь пристыженный пион, который один кричал: «Не согласен, не согласен!»

Тогда Флора, сняв с головы свой царственный венец, торжественно возложила его на голову розы и затем, обратясь с презрительной улыбкой к пиону, сказала: «Гордый, глупый цветок! Оставайся же в наказание за свое самодовольство и пустоту навсегда таким толстым, надутым, как сегодня, и пусть ни одна бабочка не подарит тебя никогда своим поцелуем, ни одна пчела не возьмет в твоем венчике меду и ни одна девушка не приколет никогда твоего цветка к своей груди!»

И как сказала богиня, так и случилось: пион остался толст и неуклюж и сделался эмблемой пустоты и чванства...»

Разводимый у нас в садах пион встречается в диком состоянии в Швейцарских Альпах, в Италии и Португалии. У нас на юге, например в Крыму, попадается в садах еще очень красивый вид белого сибирского пиона (P. albiflora), цветы которого пахнут, как белые нарциссы. Пион этот пользуется большой любовью у монголов и даурцев, которые варят его корень в супе и примешивают в чай его поджаренные семена. У монголов он носит название «дохины», а у русских сибиряков — «белого Марьина корня».

Вид этот был привезен в Европу впервые сравнительно поздно — в 1788 году. Чудно пахнущие цветы его очень боятся воды, и потому, если в дождливое время их не прикрывать, они быстро загнивают и чернеют.

Что касается китайского вида, то он носит название древовидного, так как ствол его деревенеет. Китайские писатели не сходятся во мнениях об его происхождении. Одни утверждают, что он был выращен из обыкновенного травянистого вида при помощи особого рода культуры, другие же говорят (и это кажется более достоверным), что он был сначала найден в какой-то провинции Северного Китая, а затем уже перенесен в южные, где его и начали возделывать.

Размножаемый при помощи семян, он дает массу разновидностей, новые сорта которых ценятся нередко на вес золота. Число же его сортов доходит до нескольких сот, многие из которых отличаются замечательно приятным запахом.

До нас, к прискорбию, большинство из них не доходит, так как они отличаются чрезвычайной нежностью, и потому культивировать их в открытом грунте, как наш европейский вид, очень трудно. Когда некоторые их этих редких сортов были привезены в Париж, известный французский садовод Нуазетт платил за них от полутора тысяч франков и до сотни луидоров за экземпляр, но культура их в саду не давала хороших результатов.

 

Словно жемчуг, мерцает кротко

На цветущем пионе роса.

Сорвала его вмиг красотка,

Проходившая через сад.

 

Встретив милого взглядом лукавым,

Она спрашивает его:

«Кто из нас тебе больше по нраву –

Или я, или этот пион?»

 

В тон подруге, забавы ради,

Говорит он: «Отвечу, что ж!

Если только сказать по правде,

То цветок этот очень хорош».

 

И не в силах сдержать досады,

Она стиснула кулачок.

Повернулась, пошла из сада,

В него бросив примятый цветок.

 

Перевод с китайского М. Басманова.

 

Юй Сюаньцзи

Продаю последний пион

 

Грустно так! Облетают цветы,

Стали ветра порывы сильней.

Вновь уходит весна. И мечты

Устремляются следом за ней.

 

И доступна цена, только вот

У достойных цветок не в чести.

Мотыльков лишь к нему и влечёт,

А у них мне любви не найти.

 

Несказанную прелесть цветка

Во дворце оценить бы могли.

Каково с изумрудной листвой

Увядать в придорожной пыли!

 

Мог ему бы и царский дворец

Постоянным прибежищем быть.

Но досадно: любой из повес

Там цветок этот сможет купить!

Перевод М. Басманова.

P1000759.thumb.JPG.e566bf6584ae644cc4f1f172b650cdcb.JPG

P1020402.thumb.JPG.afb40f2ea2705799afe3682a3fbb685a.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

ТАВОЛГА

 

С побережья луговой реки, блеснувшей в прогалине кустов, ветерок доносит роскошный запах. Чуть-чуть истомый, сладкий и какой-то особенно душистый. По западинам, где подолгу весной застаиваются полые воды, насколько хватает глаз все подернулось кремовой кипенью метельчатых соцветий. С них-то и веет великолепным ароматом. Это распустилась таволга. Подойдем поближе к духовитым кустикам. Высота их немногим более метра. Твердые ребристые стебли снизу голые, кверху слегка затянуты войлочком; попадаются ветвящиеся и простые. Листьев по всему стеблю много, нет их только на верхушке, ближе к соцветию. Каждый лист перисто-прерывистый, с пятью и более пильчатыми листочками, конечный листик более крупный. Вязолистной таволгу называют неспроста, ведь многопарные листочки ее наподобие вязовых: такие же по форме и грубому жилкованию. Края зубчатые, несколько курчавятся. На ощупь листочки плотные, снизу густо опушены волосками.

Таволга вязолистная (Filipendula ulmaria) известна у ботаников как лабазник. Второе научное имя помогает им избежать путаницы, которая долгое время наблюдалась в систематике этого растения. Дело в том, что таволгой называют еще спирею – декоративный кустарник, украшающий наши сады и скверы. Лабазник вязолистный и считали поначалу разновидностью спиреи. Но при более пристальном знакомстве оказалось, что хотя эти растения и относятся к одному семейству розовых, но родство их весьма далекое. Таволга вязолистная – многолетняя трава, спиреи же все до одной – кустарники.

Род лабазниковых включает десять видов, и среди них самый известный, самый оригинальный вид – наша таволга (лабазник вязолистный). Ее излюбленные места обитания: мокрые луга, травяные болота, закустаренные берега рек и ручьев, сырые перелески, вырубки.

У таволги много народных прозвищ: белоголовник, бузовый цвет, бурьян, вязовая трава, жабячьи конопельки (любит низины), мокрый малинник, медовник (пахнет медом), чертогрыз. Французы называют ее царицей лугов.

Отрастает таволга ранней весной. Постепенно набирает ветви, кустится и с середины июня зацветает. Цветки мелкие, пятилепестные, белые или кремовые, собраны в крупную метелку. Цветенье длится до конца лета, и все это время таволга источает несравненное благоухание. На склоне лета рослые кусты окончательно грубеют, меркнут, настает пора плодоношения. Плодики таволги, числом 10-12 штук, мелкие, односеменные, нераскрывающиеся, спирально закрученные; прижат друг к другу, к цветоложу прикрепляются выше своего основания. Поспевают осенью. Весьма зимостойкое растение.

В лесах западной части страны по болотистым тенистым опушкам нередка встреча с лабазником обнаженным. От вязолистного он отличается цветом листьев: они у него с обеих сторон голые, оттого и кажутся более зелеными. А вот еще одна таволга – лабазник степной. Низкий щетинистый стебель, листья кожистые, курчавые, с обеих сторон затянуты мягким войлочком – типичные признаки приспособления к суровым условиям знойных степных суходолов.

Таволга – украшение русского ландшафта. И хозяйственный прок от нее немал. С цветущих лабазников пчелы собирают щедрый медовый взяток. Чтобы пчелы носили больше меда, пасечники натирают душистой травой внутренние стенки ульев. Листья растения содержат ценный дубитель, идущий на получение черной краски. Летом на таволжниках пасутся лоси.

В народной медицине чай из цветов таволги применяли как потогонное средство, отваром листьев лечились при кровотечениях и поносах, избавлялись от ран и нарывов. Сухим цветом присыпали обваренные места, избавлялись от насморка. Трава эта в простонародье слыла за «сорокоприточник» – средство от сорока недугов. Широко применялась в ветеринарии.

 

http://med-lib.ru/spravoch/trav/041.php

 

Игорь Кохановский

 

Как у Волги иволга, как у Волги таволга,

Обожгло крапивою, вспомнилось недавнее:

Как тебя, счастливую, вел по лугу за руку,

Подпевая иволге, обрывая таволгу.

 

Вспомнил я над берегом домик тот с усадьбою.

Отчего ж не бережно берегли, что найдено?

Неужели нами же это было найдено,

И неужели нами же это все раскрадено?

 

Где ж ты, лето красное, где ж вы, ночи быстрые?

Осень зреет астрами, обсыпает листьями,

Осень вновь ненастная, да и ты неласкова,

И как будто мыслями не со мной, а с листьями.

 

Поле взмокло ливнями, почерствело травами,

Реже слышу иволгу, и завяла таволга,

Это все недавнее или все старинное,

Как у Волги таволга, как у Волги иволга?

P1070569.thumb.JPG.4c49216d6f998361e00e255737d0c00a.JPG

P1070573.thumb.JPG.126e213e28777544a364128dfd498dfe.JPG

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now

×
×
  • Create New...

Important Information

We have placed cookies on your device to help make this website better. You can adjust your cookie settings, otherwise we'll assume you're okay to continue. Terms of Use