Jump to content
Chanda

Сказочный мир

Recommended Posts

СКАЗКА К ПРОШЕДШЕМУ ПРАЗДНИКУ
1 сентября -  День знаний
Настасья Бетева
Притча о знаниях и еде

— О, мудрейший, — сказал ученик своему учителю. – Ваша мудрость не знает границ. Но я не понимаю, почему вы с такой неохотой делитесь ею со мной, своим учеником? Ведь другие получают так много знаний от своих учителей, а я…
— Я могу дать тебе ответ после обеда, — сказал мудрец. – Только у меня есть одно условие? Я должен буду покормить тебя с ложечки.
Ученик пожал плечами. Ему это предложение показалось странным, но он решил, что, возможно, учитель так проявляет свою заботу о нем.
— Хорошо, — сказал он наконец, и они отправились на обед.
На обед подали прекрасную мясную похлебку. Когда ложка с отменным блюдом оказалась во рту у ученика, он испытал настоящее блаженство. Но стоило ему разомкнуть губы, чтобы похвалить вкус еды, как мудрец отправил ему в рот еще одну ложку похлебки. Ученик, отказавшись от своего намерения что-либо говорить, стал жевать. Но не успел он проглотить еду, как учитель поднес к его губам очередную ложку. Ученик покорно съел и ее, но через секунду еще одна ложка ждала его. Он старался есть как можно более быстро, но мудрец давал ему все больше еды, и вскоре есть ее было уже невыносимо. Ученик сделал знак рукой, и учитель прекратил давать ему похлебку.
— Зачем было так спешить? – сказал он, едва прожевав. – Я хочу насладиться вкусом похлебки, а не съесть ее за пять минут!
— Ну, ведь ты любишь все делать в спешке, — пожал плечами мудрец.
— Вовсе нет! – ответил ученик.
— Но ведь пять минут назад ты сам сказал мне это! Просил делиться с тобой новыми знаниями, хотя ты не до конца усвоил предыдущие. Это ведь то же самое, что наполнять рот все новой и новой едой, хотя во рту еще много еды.

1ctynz.jpeg

Share this post


Link to post
Share on other sites

СКАЗКА К ПРАЗДНИКУ
9 сентября -  Международный день красоты
Ненаглядная Красота 
Русская сказка

В некотором царстве, в некотором государстве жили-были царь да царица; родился у них сын Иван-царевич.
Няньки его качают, никак укачать не могут. Зовут они мать:
– Царица-государыня, иди качай своего сына.
Мать его качала, укачать не может. Побежала она к царю:
– Царь, великий государь! Пойди сам, качай своего сына.
Царь начал качать, приговаривать:
– Спи, сынок, спи, любимый! Вырастешь большой, сосватаешь за себя Ненаглядную Красоту – трёх маток дочку, трёх бабок внучку, девяти братьев сестру.
Заснул Иван-царевич крепким сном. Через девять суток пробудился и говорит:
– Прощай, батюшка, поеду я Ненаглядную Красоту искать, себе в жёны её сватать.
– Что ты, дитятко, куда поедешь? Ты всего девятисуточный.
– Отпустишь – поеду и не отпустишь – поеду.
– Ну поезжай! Что с тобой сделаешь?!
Иван-царевич снарядился и пошёл коня доставать. Отошёл немало от дому и встретил старого человека.
– Куда, молодец, пошёл? Волею или неволею?
– Иду я, дедушка, и волею и неволею. Был я в малых летах, качал меня батюшка в зыбке, сулил за меня высватать Ненаглядную Красоту – трёх маток дочку, трёх бабок внучку, девяти братьев сестру.
– Хорошо, молодец. Только пешему тебе не дойти: Ненаглядная Красота далеко живёт.
– А как далеко?
– В золотом царстве, по конец света белого, где солнышко всходит.
– Как же быть-то мне? Нет мне, молодцу, по плечу коня неезжалого, нет плёточки шёлковой недержаной.
– Как нет! У твоего батюшки есть тридцать лошадей – все как одна. Прикажи конюхам напоить их у синя моря. Одна забредёт в воду по самую шею, и, как станет пить, начнут в синем море волны подыматься, в крутые берега ударяться. Эту лошадь себе бери.
– Спасибо на добром слове, дедушка.
Как старик научил, так царевич и сделал: выбрал себе богатырского коня, ночь переночевал, поутру рано встал, собрался ехать. Вдруг проговорил ему конь человеческим языком:
– Иван-царевич, припади к земле: я тебя трижды ногой толкну.
Раз толкнул и другой толкнул, в третий не стал:
– Ежели в третий раз толкну, нас с тобой земля не снесёт.
Иван-царевич вскочил на коня – только его и видели.
Едет далёким-далеко; день коротается, к ночи подвигается; стоит двор, что город, изба что терем.
Подъехал царевич к крыльцу, привязал коня к золотому кольцу, сам – в сени да в избу. А лежит на печи, на девятом кирпиче Баба Яга – костяная нога.
Закричала Баба Яга громким голосом:
– Ах ты такой-сякой! Железного кольца не достоин, к золотому привязал.
– Ладно, бабушка, не бранись! Коня можно отвязать, за иное кольцо привязать.
– Что, добрый молодец, задала тебе страху? А ты не страшись да на лавочку садись, а я стану спрашивать: из каких ты родов, из каких городов?
– Эх, бабушка! Ты бы прежде накормила, напоила, а потом вести спрашивала; видишь, человек с дороги, весь день не ел.
Ну, Баба Яга тотчас скатерть-самобранку постелила, принялась угощать Ивана-царевича.
Он наелся, напился, на постель повалился. Баба Яга не спрашивает, он ей сам всё рассказывает:
– Был я в малых летах, качал меня батюшка в зыбке, сулил за меня Ненаглядную Красоту – трёх маток дочку, трёх бабок внучку, девяти братьев сестру. Сделай милость, бабушка, скажи, где живёт Ненаглядная Красота и как до неё дойти.
– Я и сама, царевич, не ведаю. Вот уже третью сотню лет доживаю, а про эту Красоту не слыхивала. Ну, да спи, усни; заутро соберу своих ответчиков, – может, из них кто знает.
На другой день встала старуха раненько, умылась беленько, вышла с Иваном-царевичем на крылечко, засвистала молодецким посвистом, крикнула богатырским голосом по морю:
– Рыбы и гад водяной, идите сюда!
Тотчас море всколыхнулось, собралась рыба большая и малая, собрался всякий гад, к берегу идёт – воду укрывает. Спрашивает старуха:
– Где живёт Ненаглядная Красота – трёх маток дочка, трёх бабок внучка, девяти братьев сестра?
Отвечают все рыбы и гады в один голос:
– Видом не видали, слыхом не слыхали.
Крикнула старуха по поднебесью:
– Собирайся, птица воздушная!
Птица летит, дневной свет укрывает, в один голос отвечает:
– Видом не видали, слыхом не слыхали.
Крикнула старуха по земле:
– Собирайся, зверь лесной!
Зверь бежит, землю укрывает, в один голос отвечает:
– Видом не видали, слыхом не слыхали.
– Ну, – говорит Баба Яга, – больше некого спрашивать. – Взяла царевича за руку, повела в избу.
Только в избу вошли – налетела Могол-птица, пала на землю – в окнах свету не стало.
– Ах ты, птица Могол, где была, где летала, отчего запоздала?
– Ненаглядную Красоту в гости снаряжала.
– Вот это мне и надобно! Сослужи мне службу верою-правдою: снеси туда Ивана-царевича!
– Хорошо, бабушка!
Сел Иван-царевич на Могол-птицу. Она поднялась, полетела. Три года летела, вылетела на луга зелёные, травы шелко́вые, цветы лазоревые и пала наземь.
– Вон, – говорит, – терема белокаменные, где Ненаглядная Красота живёт.
Пришёл царевич в город, пошёл по улицам гулять. Идёт и видит: на площади человека кнутом бьют.
– За что, – спрашивает, – вы его кнутом бьёте?
– А за то, – говорят, – что задолжал он нашему царю десять тысяч, да в срок не выплатил. А кто его выкупит, у того Кощей Бессмертный жену унесёт.
Вот царевич подумал-подумал и прочь пошёл. Погулял по городу, вышел опять на площадь, а того человека всё бьют. Жалко стало Ивану-царевичу, и решил он его выкупить. «У меня, – думает, – жены нету, отнять у меня некого».
Заплатил выкуп и пошёл прочь. Вдруг бежит за ним тот самый человек и кричит ему:
– Спасибо, Иван-царевич, буду тебе я верным слугой.
– А как тебя зовут-величают?
– Зовут-величают – Булат-молодец.
– Ну, пойдём Ненаглядную Красоту добывать.
В ту пору вышла Ненаглядная Красота на крыльцо. Увидел её Иван-царевич, поклонился низко, стал присватываться. Вдруг по синему морю плывут корабли: наехало тридцать богатырей Ненаглядную Красоту сватать и ну над Иваном-царевичем насмехаться:
– Ах ты деревенский лапотник! По тебе ли такая красавица! Ты не стоишь её мизинного пальчика.
Стали к нему со всех сторон подступать да невесту отбивать.
Иван-царевич не стерпел: махнул рукой – стала улица, махнул другой – переулочек. Тут Булат-молодец схватил красавицу за правую руку, посадил на коня, ухватил Ивана-царевича за левое плечо, посадил позади девицы, ухватился сам за стремечко, и поскакали они из города во всю конскую прыть.
Много ли, мало ли они ехали – Булат-молодец снял со своей руки перстень, спрятал его и говорит:
– Поезжай дальше, Иван-царевич, а я назад ворочусь, перстень поищу.
Стала его Ненаглядная Красота упрашивать:
– Не оставляй нас, Булат-молодец, я тебе свой перстень подарю.
А он в ответ:
– Никак нельзя, Ненаглядная Красота! Моему перстню цены нет: мне дала его родная матушка. Как давала, приговаривала: «Носи, не теряй, мать не забывай!»
Поскакал Булат-молодец назад, повстречал великую погоню. Он их всех перебил, конём потоптал, сам нагнал Ивана-царевича.
– Нашёл ли перстень, Булат-молодец?
– Нашёл, Ненаглядная Красота.
Вот ехали-ехали – настигла их тёмная ночь. Раскинули они белый шатёр. Ненаглядная Красота в шатре легла. Булат-молодец у порога спит, Иван-царевич на карауле стоит.
Стоял-стоял Иван-царевич, утомился, начал клонить его сон; он присел у шатра и заснул богатырским сном.
Откуда ни возьмись, налетел Кощей Бессмертный, унёс Ненаглядную Красоту, только ленточку из косы на земле оставил.
На заре очнулся Иван-царевич, видит: нет Ненаглядной Красоты, только ленточка на земле лежит. Стал Иван-царевич горько плакать, громко рыдать.
Проснулся Булат-молодец и спрашивает:
– О чём ты, Иван-царевич, плачешь, слёзы льёшь?
– Как мне не плакать? Кто-то унёс Ненаглядную Красоту.
– Как же ты на карауле стоял?
– Да я стоял, а меня сон сморил.
– Ну, после драки кулаками не машут. Знаю я, кто это сделал, – Кощей Бессмертный. Нам его смерть три года искать. Смерть его в яйце, то яйцо в утке, та утка в колоде, а колода по синему морю плавает.
Ну что поделаешь? Пошли названые братья к синему морю. Они день идут и месяц бредут. Они год шагают и другой провожают. Истомились, устали, изголодались.
Вдруг летит ястреб. Иван-царевич схватил тугой лук:
– Эх, ястреб, я тебя застрелю да с голоду сырым съем.
– Не ешь меня, Иван-царевич, в нужное время я тебе пригожусь.
Видит Булат-молодец: бежит медведь.
– Эх, Мишка-медведь, я тебя убью да сырым съем.
– Не ешь меня, Булат-молодец, в нужное время я тебе пригожусь.
Пошли дальше. Дошли до синего моря, глядь – на берегу щука трепещется.
– А, щука зубастая, попалась! Мы тебя сырком съедим!
– Не ешьте меня, молодцы, лучше в море бросьте! В нужное время я вам пригожусь.
Вдруг синее море всколыхнулось, взволновалось, стало берега заливать. Налетела волна высокая, вынесла на берег дубовую колоду. Прибежал медведь, поднял колоду да как хватит оземь – колода развалилась, вылетела оттуда утка и взвилась высоко-высоко. Вдруг, откуда ни возьмись, налетел ястреб, поймал утку, разорвал её пополам. Выпало из утки яйцо – да прямо в море. Тут подхватила его щука, подплыла к берегу и отдала Ивану-царевичу. Царевич положил яйцо за пазуху, и пошли молодцы к Кощею Бессмертному. Приходят к нему во двор, и встречает их Ненаглядная Красота, горько плачет, Ивана-царевича целует, к плечу припадает, Булата-молодца обнимает. А Кощей Бессмертный сидит у окна и ругается:
– Хочешь ты отнять у меня Ненаглядную Красоту, так тебе, царевичу, живому не быть.
– Ты сам у меня невесту отнял.
Вынул Иван-царевич из-за пазухи яйцо, показал Кощею:
– А это что?
У Кощея свет в глазах помутился; тотчас он присмирел, покорился.
Иван-царевич переложил яйцо с руки на руку – Кощея Бессмертного из угла в угол бросило. Булат-молодец подхватил яйцо да и смял совсем – тут Кощею и смерть пришла. Взяли на конюшне трёх лошадей и в путь отправились.
Долго ли, коротко ли они ехали – настигла их тёмная ночь. Раскинули они белый шатёр. Ненаглядная Красота в шатре легла, Иван-царевич у порога спит, Булат-молодец на карауле стоит. Ополночь прилетели двенадцать голубиц, ударили крыло в крыло и закричали громким голосом:
– Ну, Булат-молодец да Иван-царевич! Убили вы нашего брата, увезли нашу невестушку, не будет и вам добра: как приедет Иван-царевич домой, велит вывести свою собаку любимую – она вырвется у псаря и разорвёт царевича. А кто это слышит да ему скажет, станет по колено каменный.
Только прокричали и прочь улетели – налетели двенадцать воронов:
– Не будет вам, молодцы, добра: как приедет Иван-царевич домой, велит вывести своего любимого коня – и убьёт конь царевича до смерти. А кто это слышит да ему скажет, тот будет по пояс каменный.
Только прокричали – наползли шипучие гады:
– Погладит царевич любимую корову, а та его забодает, убьёт до смерти. А кто это слышит да царевичу скажет, тот весь будет каменный.
Уползли гады восвояси, а Булат-молодец стоит и горькие слёзы льёт.
Утром-светом поехали дальше. Долго ли, коротко ли – приехал царевич домой и женился на Ненаглядной Красоте. Вот неделя прошла. Говорит царевич молодой жене:
– Покажу я тебе мою любимую собаку.
Булат-молодец взял свою саблю и стал у крыльца. Вот ведут собаку: она вырвалась у псаря, прямо на крыльцо бежит, а Булат махнул саблей, разрубил собаку пополам. Иван-царевич на него разгневался, да за старую службу промолчал – ничего не сказал.
На другой день приказал царевич вывести своего любимого коня. Конь перервал аркан, вырвался у конюха, поскакал прямо к золотому крыльцу. Тут Булат-молодец выхватил саблю острую, отрубил коню голову. Тут Иван-царевич сильно разгневался, приказал было схватить его и повесить, а Ненаглядная Красота не дала:
– Старую службу вовек не забудь. Кабы не он, ты бы меня никогда не достал.
На третий день приказал Иван-царевич привести любимую корову, а Булат-молодец и ей голову срубил.
Тут Иван-царевич так разгневался, что никого и слушать не стал, позвал палача срубить голову Булату-молодцу.
– Ах, Иван-царевич, Иван-царевич! Коли ты хочешь меня казнить, так лучше я сам помру. Позволь только три речи сказать.
Рассказал Булат-молодец, как прилетели двенадцать голубиц и что ему говорили, – и окаменел по колено. Рассказал про двенадцать воронов – окаменел по пояс. Рассказал про двенадцать гадов – стал белым камнем горючим.
Горько плакал Иван-царевич, лила слёзы Ненаглядная Красота. Поставили они белый камень в особой горнице, каждый день ходили туда и горько плакали.
Много прошло годов.
Как-то плакал Иван-царевич над белым камнем горючим и вдруг слышит из камня голос:
– Что ты плачешь, рыдаешь?! Мне и так тяжело.
– Как мне не плакать! Верного друга я сгубил.
– Можешь, Иван-царевич, меня спасти: есть у тебя двое любимых детей, отведи их в лес дремучий лютым зверям на съедение.
Закручинился Иван-царевич. Рассказал он обо всём, что слышал, Ненаглядной Красоте. Потужили они, погоревали, горько поплакали, завели своих милых детушек в дремучий лес, там оставили. Приехали домой и видят: стоит перед ними Булат-молодец, краше прежнего. Обнимают его муж с женой, радуются, а сами горькие слёзы роняют.
– Что? Аль жалко любимых детушек?
– Жаль, Булат-молодец, да перед тобой душа чиста.
– Не горюйте, – говорит Булат-богатырь, – раньше времени. Пойдём-ка в лес, поглядим, что там с детками делается.
Пошли они в лес и видят: спят ребята под кустиком, а матушка-медведица их тёплым мхом укрывает, а лиса от них мух отгоняет. Живы-здоровы детки любимые!
Ох, и был тут пир на весь мир – три дня, три недели, три месяца.
 

tsarevna-nenadljadnaya-krasota.jpg


СКАЗКА К ПРАЗДНИКУ
9 сентября - Осенины, первая встреча осени. В этот день полагалось "вытереть" с помощью двух дощечек "новый" огонь и с этим чистым огнем начинать засидки, или посиделки. 
Семь Катерин
Русская сказка

Рассказывают, что царь Пётр частенько в заморские страны ездил. Любил своими глазами посмотреть, как и что. Прикидывал, где и чему хорошему поучиться. Однажды приезжает он к Лазоревому морю. Заморский король его встречает, во дворец ведёт, показывает ему всякие диковины.
— Жаль мне тебя, царь Пётр, — говорит. — Живёшь ты среди тёмных людей. Ничего-то они не знают, ничего не умеют. Взгляни вот, какие мастерицы в моём королевстве имеются!
И показывает кружевную скатерть. Царь Пётр посмотрел на скатерть и засмеялся:
— Где же ты в своей стране видел берёзки да ромашки? Это русское кружево, из моей страны.
— Быть того не может! — вскричал король и стал скатерть в увеличительное стекло рассматривать. Но смотри не смотри — берёза берёзой и останется. Рассердился король, приказал позвать к себе купцов. Те бросились королю в ноги и признались:
— Виноваты, ваше королевское величество! Ох, виноваты! Не вели казнить, вели миловать! Не наших это мастериц дело. У русских кружевниц куплено — у семи Катерин. Лучше них никто кружева плести не умеет, богаче узора нигде не найдёшь…
— Что ещё за семь Катерин? Опять меня обмануть хотите! — разгневался заморский король.
Тут уж царю Петру пришлось за купцов заступиться.
— Есть, — говорит, — в моём царстве такие кружевницы. Слышать я о них слышал, хоть видеть, никогда не видел.
А заморский король разошёлся — и царю Петру веры нет.
— Не поверю, — кричит, — пока своими глазами не увижу! Покажите мне этих Катерин! Едем к ним сию же минуту!
 Ну, царям сборы не долги. Приказали лошадей запрячь, да и поехали. Впереди — стража, позади — стража: на тот случай, если разбойники нападут. Начали путь в коляске, а потом и в сани пересели, в собольи шубы оделись… Ещё немного проехали — и до села добрались. Подкатили к дому, где кружевницы живут.
Вышли на крыльцо семь Катерин. Все статные, русые, ясноглазые. Поклонились они гостям в пояс, в дом к себе пригласили. А сами за работу сели. У каждой на подушечке свой узор заплетён: у одной – будто волны под руками струятся, у другой — над небывалыми цветами невиданные птицы порхают, у третьей по всему кружеву звёзды рассыпаны… Дух захватило у заморского короля. Он щипать себя стал: уж не снится ли ему всё это?.. Спрашивает:
— А кто вам узоры даёт? Кто их придумывает? Продайте мне все узоры — в убытке не будете!
Отвечают кружевницы:
— Нет у нас никаких узоров. Сказки нам помогают.
— Покупаю! — кричит заморский король. — Покупаю! Где они, эти сказки? Сколько их у вас?
Засмеялись кружевницы. А Катерина и говорит:
— Сказки у нас не продажные. Мы их сами складываем, по очереди. Что ни кружево — то и новая сказка…

1499689383.8887russkoe_kruzgevo_7.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now

×
×
  • Create New...

Important Information

We have placed cookies on your device to help make this website better. You can adjust your cookie settings, otherwise we'll assume you're okay to continue. Terms of Use